Онлайн книга «Горячее эхо песков»
|
— Кто там? Что надо? Кто вы такие? — на русском языке отозвались из башни. — Ну я же говорил, что там — наши! — радостно произнес Малой и прокричал в ответ: — Мы русские. Мы пришли за вами! Чтобы вас спасти! У нас мало времени! Выгляни в окно, потолкуем! — Ну да! — прозвучал ответ из башни. — Вот сейчас мы все выглянем, а вы нас — из снайперских винтовок! Знаем мы ваши штучки! А не пошли бы вы лесом!.. — Видели, как загибает! — восхищенно произнесМалой. — Точно русские! Эй! Иваницкий еще жив? А Прохоренко с Кицаком? А Шевцов и Черняк? А Лютаев? Все эти фамилии Малой знал наизусть, равно как и все прочие из команды Богданова. И сейчас он называл тех, кто заперся в башне, поименно. Это был действенный прием, он должен был образумить и самого Иваницкого, и всех других. Но на этот раз прием не подействовал. Никто не пожелал выглядывать из башенных окошек. Вместо этого голос из башни еще раз отправил Малого подальше. — Знаем мы ваши штучки! — прокричали из башни. — Ишь, по-русски заговорили! Имена наши узнали! На арапа хотите нас взять! И еще раз переливчатая русская брань прозвучала под чужим ночным небом. — Вот ведь обормоты! — растерянно произнес Малой. — Не верят! И что делать? — А вот я знаю, что делать! — усмехаясь, произнес Терко. — Есть у меня одна замечательная идея. Можно сказать, от отцов и дедов доставшаяся. Так они, бывало, устанавливали контакт со своими однополчанами во время войны. Те их матом, ну и они — тоже. Вот вам и общий язык. Так ругаться, как русский человек, никто не умеет. Командир, я попробую? — Пробуй, — дал добро Богданов. И Терко попробовал. И еще раз попробовал. И добавил. И закруглился так, как умеет закругляться только русский человек. На этот раз никто из башни не ответил… А время между тем шло, и оставалось его совсем немного. — А вот сейчас попробую и я! — сказал Малой. — Нашими, одесскими оборотами! За которые, помнится, батька драл меня ремнем неоднократно. Учил, понимаешь ли, правильному русскому языку… И Малой, сложив ладони рупором, принялся изъясняться одесскими оборотами. И на этот раз успешно, потому что из башни раздался чей-то удивленный голос: — Ты где это так научился, болезный? Прямо-таки по-нашему!.. — Наверно, там же, где и ты! — прокричал Малой. — Одесские подворотни — очень хорошая школа! Лучше всякого университета! — Так ты что же, из Одессы? — прокричали из башни. — Из нее! — прокричал Малой. — Так и я тоже! — ответили из башни. — И где ты там обитал? — На Карла Либкнехта! — ответил Малой. — По соседству с Дерибасовской! — А я на Дальних Фонтанах! Так что же, ты и вправду свой? — А ты еще сомневаешься? Так изъясняться могут только свои! — Это точно! — Ну так выгляни из окошка наконец! В окошкепоявился Лютаев — это он вел диалог с Малым. — Не смущайся, что на нас американские макинтоши! — крикнул Малой. — Это для маскировки. Одолжили у наших американских друзей. Они тут, поблизости. Хотят выкурить вас ОВ нервно-паралитического действия. Так что поторапливайтесь! Как бы они не нагрянули, эти наши друзья. Тогда все будет намного печальнее. Эти гаврики испортят нам всю встречу. Из окошка выглянул Иваницкий. — Я Иваницкий, — отрекомендовался он. — Старший группы спецназа КГБ. — А я Богданов, — представился Богданов. — И тоже старший группы спецназа КГБ. |