Книга Новогодний детектив. (Не)выдуманные истории, страница 15 – Виктор Динас, Марьяна Олейник, Лилия Гаан, и др.

— Таки да, логично, — сказал Андрей. — Хотя про десять раз ты хватил. Дед сказал, что видеокамеру поставит, так что, думаю, наведываться к цветочку ему придется не так уж часто. И кто у нас остается из подозреваемых? Свою кандидатуру я решительно отклоняю. Диверсия и я — это две большие разницы.

— Это сделал тот, кто оставил несколько крошек от новогоднего торта под щитком. Тот, кто не спал, когда сработала сигнализация. Тот, кто решил полакомиться сладеньким в пять утра, тот, кто часто сует в карман разные хлебобулочные изделия. Мне дальше продолжать, или этот человек наконец признается?

— Роман Романович! Вы думаете, это я сделал?

На лице Сергея я прочел искреннее непонимание и испуг. И этот — артист?

— Серег, но, кроме тебя, некому. Ты поднимался по трапу, когда я бежал в пять утра в машину. Ты ел торт. Ты мог за минуту до этого войти в кондиционерную, открыть электрический щит, плеснуть немного воды из бутылки на плату, закрыть щиток, достать из кармана кусок ветоши и протереть дверцу на всякий случай. Вдруг кто-то потом отпечатки пальцев проверит? Но одного не учел, что с ветошью у тебя из кармана выпадут несколько крошек от торта.

— Да не было такого! Не ел я торт из кармана, я же не совсем тупой. Он же с кремом.

— Ты мог соскоблить крем, завернуть коржи в салфетку и положить их в карман.

— Но зачем? Я в кают-компании доел весь торт. Спросите у Слепцова. Он забегал как раз тогда, когда я доедал последний кусочек.

— Толик?

— Было дело, спустился водички взять холодненькой. У меня ведь в каюте холодильника нет. Что-то сушняк напал. Серега как раз остатки торта себе в тарелку перекладывал. Не факт, конечно, что перед этим часть в карман не запихнул. Но сомневаюсь — перемазался бы кремом по-любому.

— Вот именно. — Сергей волновался, но говорил все более уверенно: — Да и зачем мне это надо? Какой мотив?

Я задумался. Действительно, с мотивом у каждого из машинной команды не складывалось.

— Толик, а сам никого по дороге в кают-компанию и обратно больше не встретил?

— Вроде нет. Я взял бутылку минералки из морозилки и сразу пошел наверх. Хотя нет — вспомнил. Когда заходил в каюту, увидел Сергеича — он как раз свою дверь то ли открывал, то ли закрывал. У нас же каюты на одной палубе. И примерно через минуту или даже меньше я услышал звуки сигнализации. С моей палубы «В» слышимость получше, чем с вашей «С». Я пониже живу.

— Сергеич! То-то я удивился, что ты так быстро спустился в кондишку. Значит, не спал еще и был одет. И где тебя носило в пять утра?

Электромеханик нахмурился и долго молчал. В ЦПУ наступила тишина, если не считать работу главного двигателя на полных оборотах в десяти метрах от нас.

— Если я скажу, что ходил в гости к кое-кому и мы там выпили за Новый год, ты мне, Ромыч, поверишь?

— Конечно, только скажи, с кем пил, — я от тебя сразу отстану.

— Ты ж знаешь, Рома, что в компании официально сухой закон. Не хочу никого подставлять.

— Тю, да мы ж вместе бахнули вина на Новый год, когда мастер^[13]спать ушел.

— Но я потом пошел водку пить. Немного выпил, максимум грамм двести за три часа. Это мой собутыльник нажрался, но я его не назову, хоть режь.

— Ладно, пока этот вопрос закроем. Бека, а ты-то хоть спал ночью? А то все, оказывается, вместо сна черт-те чем занимались.