Онлайн книга «Новогодний детектив. (Не)выдуманные истории»
|
Пока я ходил в ЦПУ за фотоаппаратом, на который мы обычно фотографировали серьезные рабочие моменты для офиса, электромеханик открутил отверткой нижнюю панель в щитке и напрямую, минуя компьютер, подсоединил вентиляторы. Я сфотографировал сгоревшую плату и поднялся в каюту Олега. Дед уже строчил на английском письмо в офис компании. Осталось только прикрепить сделанные мной фотографии. Вернувшись к себе в каюту, разделся и полез в душ. Когда судно в ходу, температура в машине редко опускается ниже сорока градусов, не считая, конечно, ЦПУ — там есть свой кондиционер, который поддерживает комфортные условия не только для людей. Электроника нестабильно работает при повышенных температурах. Уже в кровати я закрыл глаза, но сон не шел. Мысли о проклятых крошках и воде в щитке не давали уснуть. Если кто-то специально залил PLC, то зачем он это сделал? В каюте уже поднялась температура. И, хотя затхлый воздух сменился более свежим, когда заработали вентиляторы, я чувствовал, что пот снова покрывает меня с головы до ног. В душ теперь придется бегать чаще. 2 В новогоднюю ночь все легли спать поздно, поэтому сегодня развод[11]машинной команды в ЦПУ начался позже обычного — в десять утра. По планам только у Толика Слепцова, нашего фиттера[12], была срочная работа по сварке на палубе. Сегодня официальный выходной, поэтому остальные могут продолжить отдых, если не случится серьезной поломки какого-то механизма, без которого наше судно будет не в состоянии двигаться. Неисправность кондиционера к такой поломке не относилась. Да и машинная команда ничем не смогла бы помочь. Без PLC кондиционер не заработает. Но все-таки я не спешил никого отпускать. — Кое-что сгорело в кондишке. Сейчас только вентиляторы гонят воздух из-за борта. Так что придется потерпеть с недельку, пока в Сингапуре не получим запчасти. Слепцов нервно разминал пальцами правой руки комок пластилина. К этой его привычке постоянно что-то крутить в руках все уже привыкли и перестали обращать на нее внимание. Сергей Ребров, полный тезка известного когда-то футболиста, дожевывал очередной бутерброд, запивая его свежезаваренным чаем, и о чем-то перешептывался с Бе-кой, машинным кадетом, молодым грузином, недавно закончившим морское училище. Бека смущенно поглядывал то на меня, то на Серегу, стараясь не пропустить ни слова из моей речи. Сергеич копался в сумочке, перебирая инструмент. И только третий механик Андрюха Бух-то, украинец по национальности и одессит по призванию, задумчиво смотрел в монитор компьютера, где продолжала гореть красным надпись о неисправности кондиционера. — Сегодня официальный выходной, но Толику кое-что надо подварить на палубе, поэтому он до обеда будет занят. Остальные могут отдыхать. Но… Я замолчал, окидывая всех взглядом. Слепцов замер, спрятав пластилин в карман, Сергеич перестал копаться в сумочке, моторист с кадетом синхронно повернули ко мне головы, Андрюха все так же смотрел в монитор. — …но у меня к вам есть вопрос. Кто из вас вылил воду на компьютер кондиционера? Андрюха наконец оторвал взгляд от монитора и недоуменно посмотрел на меня. Если он играл на публику, то делал это очень профессионально. Родители Бухто — заслуженные артисты Одесского театра музыкальной комедии — привили своему отпрыску любовь к театру, но не смогли задержать его на суше. |