Книга Милый господин Хайнлайн и трупы в подвале, страница 70 – Штефан Людвиг

Поток машин грузно тянулся с черепашьей скоростью от одного светофора к другому. Над раскаленным асфальтом дрожало невидимое пламя воздуха, словно сам город в этом мареве рассыпался на волны и колебания. Хайнлайн свернул с главной улицы, пытаясь объехать пробку через закоулки старого города, но и там окольные пути оказались забиты стекающимися с работы автомобилями в час пик.

Старенький «Рено» ковылял за уборочной машиной, которая лениво пошевеливала щетками, как майский жук своими булавовидными усиками. Хайнлайн, нервно постукивая пальцами по стертому рулю, глянул вправо – и тут же узнал место: парковку, где он совсем недавно оставил «Мерседес» S-класса Адама Морлока. Прищурившись, вытянул шею, пытаясь отыскать знакомый силуэт машины, когда вдруг резкий окрик сбил его с мысли. Он вдавил тормоз в пол.

Перед самым его бампером, на расстоянии вытянутой руки, стояла девушка с пестро-фиолетовыми волосами. В ее лице, перекошенном яростью, читалось все: она вытаращила глаза и пронзительным голосом вопрошала, не выиграл ли Хайнлайн свои права в каком-нибудь проклятом лотерейном розыгрыше.

– Простите… – развел он беспомощно руками, стирая пот с воспаленных глаз, но миг спустя его взгляд вновь метнулся в сторону парковки. Тяжело вздохнув, Хайнлайн осторожно тронулся вперед.

Он припарковал небесно-голубой «Мерседес» Морлока под жалким тополем прямо возле контейнера для стекла. Контейнер не сдвинулся с места. Тополь тоже. Но автомобиля Адама Морлока не было. Он исчез.

Когда Хайнлайн вышел из своего «Рено» на пустыре, держа в руках покупки, рубашка его потемнела от пота, который струился изо всех пор его тела.

Марвин уже закрыл магазин и сидел перед ним со стаканом яблочного сока; предусмотрительный, как всегда, он прихватил с собой радионяню и положил ее рядом на скамейку. Кроме госпожи Глински из банка напротив, которая после работы купила упаковку греческого шалфея, больше никто не заглянул. Хайнлайн объяснил это необычайной жарой и отпустил Марвина домой.

Мысли его вертелись вокруг «Мерседеса» Морлока. Что машину в столь короткий срок могли эвакуировать, казалось ему крайне маловероятным. Оставалась, стало быть, лишь одна вполне очевидная возможность: лимузин был угнан, а значит, действия Хайнлайна повлекли за собой еще одно преступление. Преступление, которое ему, впрочем, оказалось на руку, и, так как он не имел к нему ни малейшего отношения, совесть его могла хотя бы в этом остаться спокойной.

Хайнлайн унес в магазин пакет с блоком питания. Прежде чем вовлечь в это Марвина, он хотел сперва сам попытаться запустить планшет, предварительно зарядив аккумулятор. Он был изможден, его мучило желание принять душ; впрочем, и желание провести остаток вечера с отцом в душной квартире у него было весьма умеренным. Поэтому он на кухне плеснул себе в лицо холодной воды, насыпал лед в стакан, открыл бутылку исландской ледниковой воды и снова уселся перед магазином.

Жара нависала над площадью душной неподъемной колокольней. Перед закусочной, в тени зонта, у высокого столика стояли трое рабочих из коммунальной службы в неоново-оранжевых жилетах и тяжелых рабочих ботинках; пот струился по их лицам, и они без всякого аппетита ковыряли вилками в своих вялых порциях картофеля фри. Из парка, что справа, доносилась музыка; несколько подростков расстелили плед и уселись вокруг ящика с пивом.