Онлайн книга «Милый господин Хайнлайн и трупы в подвале»
|
– Кровопийцы, – процедил Кеферберг сквозь зубы. – Фрау Глински? – искренне удивился Хайнлайн. – Она ведь милейшая особа! И вкус у нее отменный – только представь, она постоянно покупает у меня чай… – Разумеется, она весьма… мила, – оборвал его Кеферберг с неожиданной резкостью. – Ведь она там ничего не решает. Ее дело – стоять у стойки и раскладывать выписки по ячейкам. Настоящие кровососы обитают этажами выше. В увеличении диспо-кредита[12]мне отказали с улыбкой. О новом кредите и слышать не захотели – меня попросту высмеяли в лицо. Но стоит мне вдруг запоздать с выплатой за крышу, вышвырнут на улицу, как старую шляпу, а мою конуру толкнут с молотка. Он указал на свою гостиницу – крохотный фахверковый домик с крутой черепичной крышей, зажатый между конторами риелторов, адвокатов и налоговых советников, казалось, из последних сил сопротивляющийся давлению каменных гигантов и готовый в любой миг рухнуть под их тяжестью. – Просто у тебя сейчас затишье, – утешал его Хайнлайн. – Все вновь изменится. Времена нынче тяжкие, нужно просто… – …нужно просто иметь терпение, терпение, я знаю, – усмехнулся Кеферберг, и усмешка его отдавала горечью. – А ты сам-то как справляешься? – Сам-то? Как и прежде. – Хайнлайн пожал плечами. – Раньше ты снабжал полгорода, Норберт. А что сейчас? У тебя остался один-единственный клиент, и это я. Да и тот увяз по уши в долгах и, возможно, скоро останется без света и газа! – Ты справишься, Иоганн. Мы ведь с тобой честные люди… – Честные, о да! А заодно последние из могикан, кто еще верит в старую школу торговли, – устало отозвался Кеферберг. – Легко сказать – справишься… Себя-то не обманывай, Норберт! – Я и не обманываю. Я всерьез. – Правда? Ты и вправду осмелишься утверждать, что у тебя нет проблем? – Конечно, есть. Но ведь проблемы даны для того, чтобы их решать. У Хайнлайна пересохло в горле – в этих словах внезапно прозвучала цитата Адама Морлока. Невольно напрашивалась мысль о нем; подобно тени, она побрела вниз, в подвал. Хотя он и избегал заглядывать внутрь холодильной камеры, но одного лишь представления о ее содержимом было достаточно, чтобы по спине бежал холодок. Кеферберг что-то пробормотал. – Я не расслышал тебя, Иоганн. Что ты сказал? – Я сказал, что собираюсь закрыть заведение. – Ни в коем случае! – всплеснул руками Хайнлайн, пораженный собственной горячностью. – Прости, я не хотел повышать голос… – Не бери в голову, – махнул рукой Кеферберг и медленно поднялся. Взгляд его был усталым, отстраненным. – Мы ведь всегда придавали друг другу храбрости, подбадривали… А вот теперь ты боишься остаться последним. Дверь тихо защелкнулась за его спиной. Хайнлайн еще долго сидел у витрины, размышляя о том, как легко спутать оптимизм с самообманом. Но он считал себя утешителем по профессии, упорным человеком. Да, его сбережения подходили к концу, но он твердо намеревался содержать лавку до пенсии. А там будь что будет. Если даже закрыть лавку и окончательно разориться, то продажа дома, пусть и ветхого, могла бы обеспечить скромную старость и небольшую сумму для Марвина. Холодильная камера, безусловно, оставалась камнем преткновения. Но и с этим он справится. Как уже справился – Норберт горько улыбнулся – с утратой вкуса. Врачи говорили ему не терять надежды, но он-то давно смирился… |