Онлайн книга «Милый господин Хайнлайн и трупы в подвале»
|
– Оздоровительная умеренность, – поддержал Хайнлайн. – Мое кредо. Я… – Простите, что перебиваю, но… – Внезапно остановившись, Морлок поднял указательный палец; сверкнул под бело-неоновым светом перстень с печатью. – Но есть одна загвоздка. – Какая же? Морлок снова продолжил расхаживать по кухне. – Таким сокращениям есть предел, господин Хайнлайн. Сокращаться можно лишь до известной черты. Потому что рано или поздно, – он сложил большой и указательный пальцы и сомкнул их кончиками, – исчезает сам человек. Морлок был ниже ростом на полголовы и потому окинул Хайнлайна взглядом снизу вверх, с легкой улыбкой, как бы в ожидании ответа. Но, не дождавшись, отмахнулся: – Впрочем, о чем это я! Вам, конечно, такие вещи объяснять не нужно… Но тут к ним влетел Марвин. Прогрохотав по ступеням, он распахнул маятниковую дверцу и, запыхавшись, выпалил, что возникла п-п-проблема. Когда Хайнлайн вбежал в торговый зал, его обдало волной шума. Он распахнул входную дверь, бросил взгляд через улицу, потом наверх – и у него прервалось дыхание. И в самом деле возникла проблема. С одной стороны – трое гогочущих подростков у тротуара напротив, перед закусочной. А с другой – куда безумнее – престарелый отец Хайнлайна, который, совершенно голый, стоял на маленьком балкончике над магазином и, подбадриваемый хохотом тинейджеров, декларировал кипящую филиппику о меню заведения WURST & MORE. – ПОЖИРАЙТЕ СВОЙ ПОМЕТ! – визжал старик. – ТРАВИТЕСЬ ЭТИМИ ОБЪЕДКАМИ, ДУРАКИ! Один из мальчишек вцепился зубами в жареную сосиску, театрально выпучил глаза и, взывая о помощи, под общий хохот покатился, корчась, по асфальту. – ЖИР! ПРОГОРКЛОЕ МАСЛО! – Истерика старика нарастала, его голос срывался на фальцет. – РЫНОЧНЫЙ МУСОР! Хайнлайн ринулся в дом, но кто-то схватил его за руку. – Мне нужно ваше разрешение, – спокойно произнес Адам Морлок. – Что вам нужно? – АРАХИСОВОЕ МАСЛО! – неслось сверху. – У НЕГО ВЫШЕ ТОЧКА НАКАЛА! – Разрешите? – терпеливо повторил Морлок. Подросток – тот самый, с сосиской – поднялся и, демонстративно развернувшись задом, предъявил публике свою обнаженную пятую точку. – Разрешите? – переспросил Морлок. – Вмешаться в ваши дела… Норберт Хайнлайн не понял ни слова. – Делайте что хотите, – бросил он и исчез в подъезде. Унять бушующего старика оказалось непросто. Лишь с огромным усилием Хайнлайну удалось разжать его пальцы, вцепившиеся в перила, и завести обратно в гостиную. Он заключил отца в крепкие объятия, прижал к груди – а тот зарыдал. – Все хорошо, папа, все хорошо… Из окна Хайнлайн наблюдал за Морлоком. Что бы тот ни сказал подросткам, атмосфера резко изменилась. Теперь они заключили его в полукруг; главный – который грыз сосиску, явно заводила – яростно жестикулировал, его движения походили на угрожающие ужимки самца шимпанзе. Даже самый низкорослый из троицы был выше Морлока почти на голову. Но того это, казалось, совершенно не смущало. С безмятежной улыбкой он раскачивался с носков на пятки, кожаный саквояж покачивался между его руками, сцепленными за спиной. Отец снова всхлипнул. Хайнлайн притянул его голову к своей груди, провел рукой по тонким, влажным от пота волосам. Кислый запах мочи смешался с теплым, приторным духом одеколона. – Сейчас мы приведем тебя в порядок, папа. Потом ты немного отдохнешь. А вечером – оленина со спаржей и соусом из шиповника. Тебе точно понравится… |