Книга На самом деле я убийца, страница 50 – Терри Дири

– Ногти длинные, – тихо сказала она.

–Да, чтобы играть на гитаре.– Без всякой необходимости я добавил: – А на левой руке короткие, чтобы зажимать струны на грифе… между ладами.

Я сам не понимал, что говорю. Она же просто взяла мою руку, положила себе на грудь и сжала, довольно сильно.

– Какой грубиян, – сказала она, хихикнув, а потом без всякого перехода: – Думаю, нам пора.

Мы оделись в холодной темноте и заговорили снова, лишь когда уселись в мой в «MG».

– Отвези меня в центр города, – попросила она.

– Не домой? – удивился я, разворачивая машину.

– Высадишь возле театра, – распорядилась Клэр. – У меня там живет подруга, и спать я не хочу. Выпьем с ней вина, посплетничаем.

Она тихонько напевала, пока я ехал по сонным улочкам. Песню группы «Визард» – про любовь, которая превращается в цепь с ядром. В свете дорожного фонаря я заметил полуулыбку на ее лице.

– Ощущал когда-нибудь цепь с ядром на ноге, Тони? – спросила Клэр.

– Н-нет, – ответил я недоуменно.

– Успеется, – вздохнула она. – Высади меня здесь.

Я притормозил перед судом, к которому прилегали с одной стороны полицейский участок, с другой – театр.

– Тут? – спросил я.

Она наклонилась и поцеловала меня в щеку, игриво и ласково.

– До встречи, любовничек.

– Мы еще увидимся?

Она рассмеялась.

– А как же! Завтра, в это же время.

Клэр вылезла из машины и захлопнула дверцу, не дав мне ответить. Почему мне почудилось, что она – тюремщик, запирающий двери камеры? Потому что меня в кои-то веки посетило прозрение. Вот почему.

15

Рассказ Алин

Вторник, 9 января 1973, раннее утро

Из паба «Виктория» – и от дела о пьяном сопровождении лошади – я ушла уже после полуночи. Здорово согрелась двойным халявным джином и скорой прогулкой до моста. Там стояли патрульные машины, «скорая» и даже пожарные – синие мигалки озаряли берег реки по обеим сторонам.

Полицейские топтались на проезжей части с серьезным видом, хотя я прекрасно понимала, что ничем полезным они не заняты. Джеку Грейториксу временно достались обязанности регулировщика. Интересно, что он при этом ощущал? Идя сюда, воображал небось, что будет участвовать в расследовании… а на самом деле отгоняет машины от места преступления. Он отправлял их на разворот и в объезд – вот как небольшой красный «МG», который как раз подкатил, – но только после небольшой приятельской беседы с водителем, чтобы развеять скуку. Я заметила, как они оба повернули голову и глянули в мою сторону, будто говорили обо мне.

– Что случилось, рядовой? – спросила я ближайшего констебля.

– Тело в реке, – сказал он. – Прыгун, надо думать.

– Так себе момент для тренировки по прыжкам в воду. Ночь холоднющая, – с непроницаемым лицом заметила я.

Он нахмурился.

– Не такой прыгун. Я имел в виду…

– Знаю, – сказала я. – Это была шутка.

Он фыркнул.

– Я так и подумал.

– А его не могли столкнуть?

Он доверительно ко мне наклонился:

– Только что приехали люди из уголовного розыска. В гражданском. Получается, их подняли с постелей – в такое-то время! Тут что-то нечисто. – При этих его словах еще один полицейский выскочил из патрульной машины и подошел к нам. Они обменялись кивками. Меня патрульный проигнорировал.

– Что тут происходит? – спросил у него рядовой Юстас.

– Это секретно, – ответил тот, многозначительно постучав по носу пальцем.