Книга На самом деле я убийца, страница 128 – Терри Дири

– У меня имеются взрывные устройства, чтобы уничтожить машину с водителем, как только он заведет мотор. Но не на парковке при пабе. Там могут быть другие люди, и они могут пострадать.

– Вас это беспокоит? – удивилась она.

Я с трудом сдерживал отвращение.

– Конечно! Такое крупное происшествие будут расследовать, оно станет государственным делом, а скорбящие родственники приложат все усилия, чтобы виновник был найден.

– Пожалуй, – последовал ответ. Я практически видел, как она на другом конце провода пожимает плечами. – Попрошу его припарковаться позади паба, где хранят пустые пивные кеги.

– Это поможет мне спокойно заложить бомбу, – согласился я. – Если смогу забраться в салон, подсуну ее под водительское сиденье. Заряд потребуется небольшой… смертельный для водителя, но не такой, чтобы в пабе повыбивало окна.

– Отлично, – сказала она. – Дверных замков в «MGA» нет. Мы с ним встречаемся в восемь. Покажу ему, где припарковаться, и поведу внутрь. А вы тем временем поработаете над его машиной.

– А деньги?

– Деньги я оставлю на пассажирском сиденье. Он обрадуется, что его шантаж удался, и мы отправимся в паб праздновать. Вы заберете гонорар, когда будете готовить взрыв. Вас это устроит?

– Похоже, это вам, мисс Тируолл, следует работать в моем бизнесе, – сказал я. Это должно было прозвучать сухо, но в действительности вышло похоже на комплимент.

– Я собираюсь сделать состояние на компьютерах и нанимать опытных специалистов вроде вас, чтобы расчищать себе путь.

– Ну что же. Каждому свое.

– Значит, услышимся в восемь, мистер Браун, – сказала она; тон был самодовольный. Неприятная особа. Думаю, многие сказали бы так же обо мне.

Я прошел в гараж и начал собирать все необходимое для вечерней работы. Удивительно, что в один вечер мне предстояло провернуть два разных убийства. Хотя, конечно, в Книгу рекордов Гиннесса я заявлять не собирался.

Спасательным службам предстояла непростая ночь.

44

Рассказ Тони

Четверг, 11 января 1973, вечер

Парковка перед «Розочкой» была забита – ожидаемо для вечера четверга.

Я объехал ее по кругу, но все места были заняты; полтора из них перегородил громадный «Ягуар», слишком дорогой для обычной компании видавших виды семейных универсалов и малолитражек, на которых ездят одиночки.

За рулем «Ягуара» сидела Клэр. Подрулив ближе, я коротко махнул ей рукой. Она вылезла из машины, и я опустил окно.

– Давай я сяду и покажу тебе свой секретный паркинг, – предложила она.

– Секретный?

– Мы же не хотим, чтобы о наших делах кто-нибудь узнал?

– Думаю, нет.

Мы еще раз объехали парковку, и она указала на широкую дорогу по левую сторону от паба со знаками «Частная территория» и «Въезд запрещен». Клэр объяснила:

– Сюда заезжают грузовики с кегами. Управляющий – папин знакомый. Если кто-нибудь заметит, я все объясню.

Мне никогда не нравилось проезжать на запрещающие знаки. Я считаю себя нонконформистом, но «кирпич» вызывает у меня рефлекс, как у собаки Павлова. Перед пабом горел теплый, дружественный свет. За ним было темно: светились только окна кухни, где готовили упоительно мягкую тушеную курицу и восхитительно хрустящих креветок в кляре.

Я припарковался и заглушил мотор. Клэр повернулась ко мне с улыбкой, рассеивающей тьму, – так, наверное, улыбается паук, готовясь сожрать застрявшую в паутине муху.