Книга На самом деле я убийца, страница 130 – Терри Дири

– Не вернусь, – повторил я.

Она еще подумала и наконец сказала:

– Ладно. Поверю тебе на слово.

Одним глотком она допила бренди с сидром, встала и вышла за дверь со всей элегантностью, какая допустима в толпе.

Я двинулся за ней следом. Мелкий Фредди знаком пригласил меня выпить, но я потряс головой. Время на выпивку у нас еще будет.

Мне надо было переехать через реку к дому мистера Брауна и внести плату за казнь Джека Грейторикса.

Прошлым вечером, уезжая, я был взволнован. Сейчас же сказал себе: «Начнется настоящий ад, если убьют второго копа за два дня».

«Но это будет несчастный случай», – ответил у меня в голове Браун. Прошлым вечером он захлопнул дверь до того, как я успел спросить: «И как же вы это сделаете?» Я сказал себе то же, что сказали бы он и Алин: «Лучше тебе не знать».

Я ожидал прочитать о происшествии в завтрашней газете. Стоя на крыльце паба, я ощущал невероятную усталость. Из оцепенения меня вырвал грохот взрыва. Звук и вспышка света за ним исходили с заднего двора. Что это – моя машина? Не может быть…

Персонал с кухни начал выбегать на парковку, обсуждая какую-то бомбу. Из бара выходили посетители, обеспокоенные шумом. Некоторым было любопытно, некоторые испугались, некоторые разволновались настолько, что спешно отгоняли свои тачки с парковки.

Самые храбрые собрались на углу паба – оттуда неслись возгласы изумления и шока. Девушка закричала; молодой мужчина с длинными волосами медленно вышел на дорогу из-за угла и направился к крыльцу, где стоял я, опасаясь худшего. Это был Фредди, и он едва не сбил меня с ног.

– Тони, дружище Тони, – всхлипывал он. – С тобой все в порядке?

– А почему нет?

– Потому что твоя машина взорвалась на заднем дворе. От водительского места ничего не осталось, мягкую крышу порвало в клочья. Сиди ты там, тебя по кускам собирали бы до самого Ньюкасла.

Первое, что мне пришло в голову, – деньги. Я обежал паб и увидел свой «MG», слабо дымившийся и вонявший паленым. Бак не загорелся от искры, ничего подобного, но зевакам, столпившимся вокруг, это казалось наилучшим объяснением. Я подскочил к пассажирской дверце и глянул под ноги. Там ничего не было – ни конверта с наличными, ни хотя бы горки пепла от него.

Я отошел в сторонку, и тут меня сзади схватили за шею – так коала вцепляется в ветку эвкалипта.

– Тони, ты живой! – воскликнул девичий голос, и я почувствовал влагу слез у себя на шее.

На пару секунд я забыл о деньгах, пытаясь понять, что происходит. Отступил на безопасное расстояние, таща на себе коалу, отказывавшуюся отцепляться. Взял ее лицо в ладони и посмотрел на девушку в слезах и саже.

– Привет, Дженни. Конечно, я живой. Не знал, что тебе не наплевать.

Она разжала руки и выпустила меня.

– Еще как наплевать, придурок. Но я любила эту машину. Ты говорил, что телочки слетаются на нее, как мотыльки на свет, и я была одной из них. Потому и расстроилась, когда ты, придурок, меня бросил. Думала, больше никогда не буду ее водить. – В ее глазах над потеками туши была искренняя боль. Куда более сильная, чем может вызвать кончина старой тачки. – И вот теперь я правда больше никогда не буду ее водить, ты… ты…

– Придурок?

– Да.

– Я ее починю, – сказал я.

– Ремонту не подлежит, дружище, – откликнулся Мелкий Фредди. – На сколько она застрахована?