Книга На самом деле я убийца, страница 122 – Терри Дири

– Ну спасибо, – пробормотал он.

Я продолжила:

– Есть такое слово… не могу вспомнить… О! Рыцарски. Ты считаешь себя подарком для любой женщины, но относишься к ним по-рыцарски. Ты по-прежнему в нашем списке подозреваемых. Ты привез Хелен домой, высадил, но, одолеваемый похотью, вернулся и напал на нее.

– Но ты же сама помогла подтвердить мое алиби, – ответил Тони.

Я указала ему на то, что девушка в пабе, Дженни, по уши в него влюблена.

– Она подтвердила бы твое алиби, даже взорви ты Парламент, забив порохом подвал.

– Я никогда не пошел бы на такое, – встрепенулся он, отчего мне еще сильней захотелось всадить пулю ему в голову – вот только она все равно не попала бы в ту крошечную молекулу, которая заменяет Тони мозг.

Мистер Браун добавил:

–А я могу сказать, что Джорди покидалгараж, но с целью получить деньги за очередную поставку сигарет. Когда ваши офицеры в участке его обыщут, то найдут полный кошелек наличных и с десяток свидетелей в пабе «Виктория», которые видели, как он их забирал.

Мы никуда не продвигались.

– Вычеркивание подозреваемых не приближает нас к выявлению виновника.

Тони Дэвис подлил себе в чашку кипятку, вернулся за стол и изрек театральным голосом, который я успела возненавидеть, и с театральным лицом, в которое и святому захотелось бы врезать кулаком:

– Слушайте все! Я знаю, кто убил Хелен.

40

Рассказ Джона Брауна

Четверг, 11 января 1973, 00:30

Должен признаться: когда тот актер, Тони Дэвис, сказал, что знает убийцу, я испытал облегчение. Женщина-констебль – я узнал, что ее имя Алин Джеймс, – поставила меня в неловкую ситуацию. Ей были известны моя база и моя новая машина. Даже если я сбегу, как запланировал, останется слишком много зацепок, чтобы я мог безопасно продолжать свою работу.

Констебль Джеймс неуверенно посмотрела на актера.

– Так ты нам скажешь, кто убил Хелен, или будешь и дальше сидеть тут с видом Чеширского кота?

Это был момент славы актера Тони, и пусть даже его аудитория состояла всего из двух человек, он собирался насладиться им сполна.

– Мистер Браун, присутствующий здесь, – сказал он с любезным кивком в моем направлении, – упомянул, что единственным другим человеком на Тауэр-роуд был полицейский в будке, так?

Мы кивнули.

Актер продолжал:

–Коп видел, как я высаживаю Хелен, с расстояния сотни шагов. В свете фонарей он запросто мог принять ее за тебя, Алин. И именно до тебяубийце и надо было добраться. Есть у вас в участке какой-нибудь полицейский, подпадающий под описание?

Алин зажмурилась и поморщилась, как от боли. Голос ее стал хриплым и глухим.

– Ночью воскресенья – когда вы оба приехали на поезде – у меня возникла проблема с напарником-патрульным, Джеком Грейториксом. Я оттолкнула его, а с учетом всего случившегося далее выкинула тот случай из головы.

– Он знал, где ты живешь? – спросил я.

Она приоткрыла глаза.

–Не знал. Я сказалаему про Тауэр-роуд. Не знаю, попросил ли он нашего старого сержанта в участке покопаться в личных делах… или просто за мной проследил. Но вчера я видела его снаружи. И поняла, что он выяснил.

Тони откашлялся.

– Прости за такую неделикатность, но ты как-нибудь его спровоцировала?

– Нет! – вскричала она. Потом притихла и шепнула: – Да. Мы были в переулке, и он попытался прижать меня к стенке. – Она передернулась. – Чтобы выиграть время, я сказала, что есть места и получше. Моя квартира поблизости, на Тауэр-роуд, например. Потом мы пошли на вокзал, встречать утренний поезд, но он не отставал. Спрашивал: «В какое время, Алин? В какое время в твоей квартире? И какой номер?» Я хотела только потянуть время, чтобы успеть подать жалобу сержанту.