Книга Смерть негодяя, страница 7 – Мэрион Чесни Гиббонс

В окне было видно лицо полицейского, но спустя мгновение оно исчезло, когда он резко выпрямился. Генри сердито взглянул на Присциллу, которая смотрела прямо перед собой. Она пробормотала что-то под нос и открыла дверь, немного подтолкнув Хэмиша. Генри остался в автомобиле, прислушиваясь к их разговору.

– Не знал, что вы помолвлены, – тихо произнес Хэмиш.

– Я думала, ты уже слышал, – прошептала Присцилла. – Среди всех жителей деревни ты первым узнаешь все сплетни.

– Да уж слышал что-то такое, но прямо не мог поверить, – ответил Хэмиш. – Миссис Халбертон-Смайт все время твердила, что ты выходишь то за одного, то за другого.

– Как видишь, на сей раз это правда.

Рассерженный Генри вышел из автомобиля. У него возникло ужасное ощущение, что если сейчас же не вмешаться в этот тет-а-тет, то Присцилла начнет извиняться перед стражем деревенского порядка за то, что обручилась с Уизерингом.

– Доброго вечера, офицер, – поздоровался он, обходя автомобиль.

– А чего ты с бутылкой виски ходишь? – спросила Присцилла.

– Да выиграл у Крейга в стендовой стрельбе. – Хэмиш усмехнулся.

– Какой странный цвет у виски, – сказала Присцилла. – Очень уж бледный, почти прозрачный.

– Маленько да, – ответил Хэмиш с улыбкой. – Призы были у лэрда^[3], а жена его одна сидела в палатке с ними перед вручением.

– Ну, это все объясняет, – засмеялась Присцилла.

Они с Хэмишем улыбнулись друг другу, и в этой улыбке было столько дружеского взаимопонимания, что Генри чувствовал себя лишним.

– Объясняет что? – резко спросил Генри.

– Жена лэрда любит выпить, – пояснила Присцилла. – Она выпила половину призового виски, а потом просто долила воды.

Они с Хэмишем дружно рассмеялись.

– Уверен, что мы отвлекаем вас от ваших профессиональных обязанностей, офицер, – сказал Генри самым снисходительным, как он искренне надеялся, тоном.

Хэмиш спокойно опустил взгляд на Генри. Его глаза, которые мгновение назад искрились весельем, вдруг потускнели.

– Ага, надо бы кур покормить, – сказал он, приподняв фуражку в прощальном жесте, и развернулся.

– Погоди, Хэмиш! – воскликнула Присцилла, проигнорировав грозный взгляд Генри. – Мама устраивает завтра вечером прием в честь Генри. Ты тоже приходи. Будут напитки, фуршет. Ровно в семь. Мама не любит опозданий.

– Это очень мило с твоей стороны, – сказал Хэмиш.

– Только… все будут в галстуках.

– У меня был где-то, – невозмутимо ответил полицейский.

– Я имею в виду, что нужен костюм…

– Найду уж что-нибудь.

– Тогда увидимся, – радостно ответила Присцилла.

Хэмиш зашагал дальше вниз по дороге. Присцилла медленно повернулась лицом к возмущенному жениху.

– Ты совсем из ума выжила?

– Хэмиш – мой старый друг, – ответила Присцилла, садясь за руль.

Генри тоже сел в автомобиль и с силой хлопнул дверью.

– У тебя что, было что-то с ним?

– Глупый, нет, конечно, – ответила Присцилла. – Помни, я знаю всех в Лохдубе.

– И что, все местные мужики приглашены на прием?

– Нет, мама немного заносчива, а папа еще хуже, и… – Присцилла вдруг замолкла.

Она внутренне содрогнулась, представив, что скажет ее мать, когда узнает, что ее дочь пригласила Хэмиша Макбета. Из всех знакомых она пригласила Хэмиша!

Джереми Помфрет решил помыться до ужина. Ванная у них с Питером Бартлеттом была одна на двоих, прямо между их спальнями. Джереми сбросил одежду и накинул халат. Войдя в ванную, он застыл на месте. Там стоял Питер Бартлетт и, упершись пяткой в раковину, чистил ногти на ноге. Это был красивый темноволосый мужчина с подтянутой фигурой и мрачным лицом, как у героя с обложки любовного романа. У него было мужественное загорелое лицо и мужественное загорелое тело, которое Джереми мог беспрепятственно разглядывать, поскольку на капитане было только маленькое полотенце, обмотанное вокруг бедер.