Книга Тонкий лед, страница 48 – Пейдж Шелтон

Я затаила дыхание, но не могла сказать, как на эту реплику отреагировали остальные. Быть может, их не беспокоило, как Уилла разговаривает с Виолой.

– Уилла, ты почти переходишь границу дозволенного, – предупредила Виола.

Уилла продемонстрировала толику сообразительности и закрыла рот. Молча кивнула и скрестила руки на груди.

– Виола, – умоляюще проговорила Тринити, – я не думаю, что это кто-то из нас. И с ее вещами все в порядке. – Она кивнула на меня. – Мы не собираемся лезть к ней в комнату и брать ее вещи, что бы ты ни думала. Нам всем нужны хорошие характеристики в отчетах, ты же понимаешь. К тому же снегоступы – они же большие! Никто из нас не стал бы их брать. Мы так не работаем.

Лоретта не проронила ни слова. Она сидела молча, а ее глаза были слишком большими и невинными. Она переигрывала, но, по крайней мере, не хамила.

– Я узнаю, что тут случилось, – проговорила Виола. – Предупреждаю: лучше бы тот, кто в этом замешан, сознался раньше, чем я выясню правду.

В повисшей тишине был слышен только шум работающего холодильника. Мы все смотрели на Виолу. Никто ни в чем не сознался.

– Хорошо, будь по-вашему. Идите спать и возвращайтесь к завтраку, – велела Виола и вышла из столовой.

Атмосфера тут же стала менее напряженной, и остальные женщины ощутимо расслабились. Тринити опустила плечи, Лоретта потерла рукой лоб, а Уилла поднялась со стула.

Мне полагалось бы последовать ее примеру и уйти, но было интересно, что произойдет дальше. И не только: помимо любопытства меня держало еще одно желание. Мне нужно было показать этим женщинам, что я их не боюсь. И не позволю себя запугать, если вдруг такая мысль придет в их преступные головы. На самом деле было немного страшно, но я знала по опыту, что обидчики ни в коем случае не должны осознавать, что им удалось прижать тебя к стенке.

– Поверить не могу, что вляпалась в это дерьмо, – бросила Уилла, уходя из столовой и сердито топая ногами.

Лоретта закатила глаза, глядя на меня:

– Она считает, что на ней белый свет клином сошелся.

Тринити искоса посмотрела на Лоретту, и я попыталась угадать, о чем же она думает.

– Ты! – обратилась Лоретта к Тринити. – Чем бы ты ее так ни взбесила, постарайся это исправить. Я не хочу повторения каждую ночь.

Тринити ответила сердитым взглядом и встала, с шумом отодвинув стул.

– Почему ты считаешь, что виновата я?

– Я в этом даже не сомневаюсь, – ответила Лоретта твердо.

Издав что-то вроде обиженного фырканья, Тринити покинула комнату.

– Что все это значит? – спросила я. – Что, по-твоему, Тринити могла натворить?

– Ничего. Я иду спать, – отрезала Лоретта, вставая. – Увидимся утром.

Она даже не взглянула на меня, когда уходила.

Несколько минут я сидела в пустой столовой, пытаясь убедить себя, что все это не сон. Уилла была права: кто будет красть снегоступы? Да еще и выбрасывать их в мусорный бак «Бенедикт-хауса»? Что такого, по мнению Лоретты, могла сделать Тринити, чтобы разозлить Виолу?

Похоже, я все-таки не спала. Но не могла построить ни одной версии, так как плохо ориентировалась в происходящем.

Однако я четко знала, что не доверяю ни одной из здешних постоялиц. И поэтому всегда буду проверять, заперта ли дверь, и ставить стул под дверную ручку.

И тем не менее я доверяла Виоле. Абсолютно.

«Надеюсь, я не совершаю ошибку», – думала я, возвращаясь в мягкую постель и укрываясь теплыми одеялами.