Книга Бывшие одноклассники. Училка для миллиардера, страница 37 – Саяна Горская

– Ну, Ян… По-другому у нас и не может быть, правильно?

– Я устал. Устал думать, что по-другому быть не может. Не верю, что оно только так и никак иначе. У других же выходит с женщинами.

– Посмотри на меня, вспомни отца. Женщинам доверять нельзя. Неужели ты забыл эту простую истину?

– Не хочу я больше верить в эту истину. Она приносит только разочарование.

– Вот именно. Но пока мы держим себя в руках, разочаровывает она лишь нас. А как только даем себе свободу – страдать начинают те, кто рядом.

Молчим.

Слушаем мерную, успокаивающую мелодию дождя. На всю неделю обещали ливни, и даже штормовое предупреждение.

У меня за грудиной тоже разворачивается шторм и буря.

– Ну, и что ты, опять бегал, как полоумный, искал ее?

– Да, мне сообщили, что… – Дан закусывает губу и задумчиво перекатывается с пятки на носок, словно решает, стоит ли говорить мне правду, или нет. – Сообщили, что в Воронеже видели девушку, похожую на Анюту.

– В Воронеже? И ты поверил?

– Не знаю, я уже готов верить в любую чушь.

– И? Не она?

– Не она…

Встаю из-за фортепьяно и занимаю место у окна рядом с Даном.

Вместе смотрим на дождь.

Кошусь на брата – на его лице маской застыло покорное смирение с судьбой, но хмурая складка между бровей говорит об ослином упрямстве и намерении брата пройти свой путь до конца.

– Ну и что ты, найдёшь её и насильно заставишь быть с тобой?

Дан хмыкает.

– Так говоришь, будто осуждаешь подобные стратегии.

– Я – нет, а вот Анюта твоя – наверняка.

– Да нет, я… Не собираюсь… Наверное. Я просто хочу взглянуть ей в глаза и спросить как ей спиться вообще с мыслью о том, что она бросила собственного сына. Посмотреть на её реакцию, убедиться в том, что человек, которого я любил, в этой женщине мёртв, и снова отпустить… – Он тяжело выдыхает после короткого молчания. – И пускай катится.

– Шикарный план, – ободрительно хлопаю Дана по плечу.

– А у тебя?

– М?

– У тебя есть план? Или пожалеешь свою училку и отпустишь?

Да, признаться честно, была такая мысль.

Но…

После недолгих раздумий я понял, что неприменимо оно ко мне и Юле.

Без вариантов.

– Отпустить… Отпустить… – Катаю на языке колючее и неприятное слово. – Нет, Дан, не существует такой опции. Не могу.

– Значит, продолжишь ей докучать?

– Предпочитаю называть это ухаживаниями.

– Похитишь?

– Как вариант, но… Для начала – мы поговорим.

Юля.

Ливень хлещет по крыше машины, перебивая все иные звуки. Дворники едва справляются с дождевыми потоками и бесполезно размазывают воду по лобовому стеклу.

Паркуюсь перед школой, убираю руки с руля и на мгновение закрываю глаза.

Глубокий вдох.

Выдох.

Не думать. Не вспоминать. Не проигрывать снова и снова ту внезапную и неловкую встречу, что ледяным душем окатила меня с головы до ног, зато внесла отрезвляющей ясности в происходящее.

Петров ничуть не поменялся со школы. И как прежде он играл на моих чувствах, так и сейчас продолжает делать всё ровно таким же образом.

Захлопываю дверь автомобиля, расправляю зонт, резко поворачиваюсь, но не успеваю ступить и шага, как передо мной непреодолимым препятствием словно из-под земли вырастает чужое тело.

Ян преграждает дорогу.

Он в мокром насквозь пиджаке, с которого стекают крупные капли воды. Взъерошенные волосы липнут к лбу, ресницы слипаются. Губы его бледные и чуть подрагивают, однако Ян даже не предпринимает попытки спрятаться от дождя.