Книга Возьми номерок, страница 16 – Эми Доуз

— Почему Париж? Почему не Таиланд, Бразилия или Южная Африка?

Она недоуменно смотрит на меня.

— Тебе действительно нужно задавать этот вопрос пекарю? Париж известен своей выпечкой и десертами. Это как Мекка для пекаря. К тому же, моя подруга Мишель из кулинарной школы живет там, и она всегда присылает мне фотографии парижских пекарен, и это просто… так вдохновляет. Гораздо больше, чем старый добрый Боулдер, штат Колорадо. Я бы с удовольствием переехала туда когда-нибудь.

Я киваю и улыбаюсь, когда она подталкивает ко мне бутылку красного вина и два бокала, молча приказывая мне открыть и налить. Я делаю то, что велено, пока она накладывает на тарелку то, что выглядит как стейк из филе с брокколини и каким-то причудливым картофелем.

— Похоже, ты и готовишь неплохо.

Взгляд ее голубых глаз поднимается и встречается с моим.

— Ты еще не пробовал. На вкус может оказаться редкой гадостью.

Я недоверчиво усмехаюсь.

— Нюх редко меня подводит.

Она добавляет гарнир из хрустящей зелени и тряпочкой вытирает края тарелок, где растекся соус беарнез.

Я наклоняюсь, чтобы поймать ее взгляд и нарушить серьезную сосредоточенность.

— Уже идеально?

Девушка прищуривается на меня.

— Подача — это ключ к привлечению органов чувств во время еды.

Я поднимаю брови.

— Должно быть, я пропустил это в философии бренда «Проснись и пой!».

— Дело не во мне. Дело в еде. — Она выпрямляется и снимает фартук с талии.

Пользуясь случаем, я окидываю взглядом ее фигуру в форме песочных часов, прежде чем посмотреть на тарелку, которую она поставила передо мной.

— Ты чувствовал запах еды, когда поднимался, верно? — спрашивает она, пригвоздив меня взглядом.

— Да.

— И слышал шипение соуса на плите?

— Да.

Она берет ложку и зачерпывает соус.

— Ты видел мою подачу, а это значит, что осталось только одно. — Она протягивает ложку мне, и я открываю рот и чувствую вкус этого соуса.

Закрыв глаза, издаю глубокий стон.

— Невероятно вкусно.

— Потому что я задействовала все твои чувства. — Я открываю глаза и обнаруживаю, что она наблюдает за мной. — А теперь ешь, пока не остыло. Холодная еда — это не то чувство, которое я хочу, чтобы ты испытал.

Я не могу скрыть ухмылку, когда она присоединяется ко мне со своей тарелкой, и передаю ей бокал вина. Я пытаюсь вести светскую беседу, пока мы едим, но это почти невозможно, когда пробуешь лучший стейк в своей жизни. К концу трапезы я подумываю о том, не вылизать ли мне эту чертову тарелку. Это очень вкусно.

— Ты умеешь печь и готовить. Жаль, что не хочешь выходить замуж, потому что из тебя получилась бы отличная жена.

Нора закатывает глаза.

— Сбывшаяся мечта каждой женщины, да? Готовить для своего мужчины. Чего еще она может хотеть от жизни?

Застенчивый взгляд появляется на моем лице.

— Ладно, я понял. Ты ненавидишь мужчин.

— Я не ненавижу мужчин, — поправляет она, выглядя оскорбленной. — Я просто ненавижу ожидания, что раз моя карьера связана с традиционно женским занятием, значит, я хочу быть женой и матерью. В жизни есть нечто большее, чем это.

— Например? — спрашиваю я, мое любопытство разгорается от всего, что касается Норы.

Она поворачивается ко мне лицом, ее голубые глаза горят решительностью.

— Что касается меня, то это, очевидно, мой бизнес. Он занимает много времени, и я люблю его, так почему должна позволять отношениям отвлекать меня?