Книга Машенька для двух медведей, страница 55 – Бетти Алая, Екатерина Антонова

Он такой... такой... Сильный, большой. Надёжный.

— Да, детка! Сожми меня собой... Машенька... бляяяядь!

— Не останавливайся, — бормочу, ловлю жаркое медвежье дыхание, — наполни меня... сделай полностью своей...

Он стремительно увеличивается внутри. Раскрывает меня, становится больше. Пока не замирает, издав утробный возбужденный рык.

Я стремительно растворяюсь, превращаюсь в пушистое облачко. Кричу в шею своего оборотня, сильно кончая.

— Умница, — стонет он, — моя сладкая девочка.

— Дээн, — тяжело дышу, — с тобой так хорошо.

— Один-один? — прищуривается, затем ставит меня на ноги.

— В смысле?

— Утром ты позволила Димке тебя заполнить, — Денис заглядывает мне в глаза, — а теперь мне. Наша малышка.

— Лучше любой порнухи, — Дима тоже кончил от наблюдения за нами, — блядь, жрать охота!

— Да сейчас, сначала нужно привести себя в порядок.

Спустя полчаса мы уже сидим, поглощаем вкусный авторский омлет по рецепту Дениса. Вместо колбасы он добавил ломтики лосятины. Это очень вкусно!

— С тобой точно с голоду не умрешь, — смеюсь, отставляя пустую тарелку.

— Он хорош в охоте, — взглядом показывает на довольного Диму, — а я в разделке, свежевании и готовке.

— Вы разве не вместе охотитесь? — удивляюсь.

— Вместе.Но Бероеву нет равных в скорости и умении убить быстро. Мой зверь любит порвать жертву как следует.

— Да так, что потом только кости глодать остается, — скалится Димка.

Вздрагиваю.

— Опасные вы ребята.

— Для всех, кроме тебя, детка, — мурчат в один голос.

Улыбаюсь. Я дома! Мамочки! Не устаю удивляться тому, как сильно перевернулась моя жизнь!

— Ну что, пора собираться и ехать? — спрашивает Дэн, убрав тарелки со стола.

— Куда? — не понимаю.

— Ну как... нам теперь нужно выяснить, ты ли дочь тех самых друидов. Если да, тогда мы возьмем работу и состряпаем план, как тебя защитить.

— А если нет?

— Тогда это не наше дело, — фыркает Дима, — откажемся и всё.

— И позволите убить невинного? — с укором спрашиваю. — Нет уж! Мы с вами всё выясним! И защитим этого несчастного, кем бы он ни был.

Мишки переглядываются. Вздыхают. Да, я такая! У меня обостренное чувство справедливости.

— Ладно, твоя взяла, детка, — спокойно произносит Дэн, — собирайся, поедем в тот приют, в котором ты выросла.

Моя жизнь в детском доме не была радужной. По какой-то причине удочерять меня не спешили. Хотя все говорили, что я была красивым и умным ребенком. Но как только кто-то делал на меня запрос, у этих пар начинались проблемы.

Одни зашли особо далеко, и я уже готовилась к переезду в новую семью, но...

— По дороге за мной они попали в аварию и погибли, — вздыхаю, когда мы с мишками направляемся в мой бывший детский дом, — словно что-то или кто-то меня... защищало?

Мне хочется рассказать им о своём непростом прошлом. О том, что скрыто и зарыто глубоко внутри. Закопано, словно ящик Пандоры.

— Так тебя всё-таки хотели удочерить? — хмыкает Дима. — И не получалось.

— Да... — гляжу в окно на мелькающие серыми глазницами окон дома, мысленно переношусь на годы назад.

В то утро я была по-настоящему счастлива. Надела своё единственное праздничное платье. Розовое с рукавами-фонариками. Я до сих пор его помню.

Проснулась тогда очень рано, аж в четыре утра. Стараясь не шуметь, выскочила во двор и стала ждать. Мне сказали, что меня приедут забирать в восемь.