Книга Отцы подруг. Порок на троих, страница 36 – Бетти Алая

Кончает.

— Ну нет, девочка моя, ты меня не прогонишь, — рычу, затем отпускаю волосы девушки.

Но Настя не останавливается. Она активно сосёт член Федьки. Тот рычит, прикрыв глаза.

Эта маленькая сладкая малышка нас приручила.

— Еще… Глеееб! — стонет, вертит попкой. — Ещё хочу.

— Тебе не больно?

— Нет! Мне хорошо… хочу ещё! — бормочет, облизывая хуй моего друга.

— Ещё, значит? — ухмыляюсь, чувствуя, как подступает оргазм. — Тогда сейчас я тебя спермой накачаю. А потом мы кое-что попробуем.

Долблю это нежное создание, схожу с ума. С громким рыком выплёскиваю в её раскрытую девочку всю накопившуюся сперму.

Перед глазами всё пляшет, я словно рвусь на части. Никогда таких оргазмов не ловил, вот вообще. Только с нашим маленьким невинным ангелом. Которая становится сексуальной дикой кошкой, когда мы её ебем.

— Как же… ахуенно кончать в тебя, девочка моя… — стискиваю её худенькие бёдра, пока всё до капли не оказывается вНастеньке, — а теперь…

Беру тюбик смазки. Обильно выдавливаю на ладонь. И начинаю растирать по упругой попке. Массирую анальное колечко нашей малышки. Она вся сжимается.

Гляжу на друга. Он кивает, затем стягивает волосы Насти рукой.

— Не отвлекайся, малыш… я еще хочу твой сладкий ротик… — рычит, насаживает девочку на свой член.

А я продолжаю.

Нужно подготовить эту попку к проникновению. Но Настя всё еще напряжена. Стоит мне попытаться войти в неё пальцем, как попа меня сжимает.

— Расслабь попку, Настя, — говорю нежно, — я не обижу.

— Не надо… — всхлипывает, — мне страшно…, а вдруг будет больно? Глеб…

— Тшш, — глажу ее упругие булочки, — ты доверяешь мне? Я нежно, всё покажу. Дам прочувствовать. Сразу врываться не буду, хотя очень хочется. Ну? Можно в твою попку?

А я реально с трудом держу себя в руках. Такое чувство, что Настя в разы ускоряет выработку спермы в моих яйцах. Возраст? Похуй! Уверен, она уже беременна. Никуда не отпущу, никогда!

— Хорошо, — лепечет, затем снова принимается ласкать Федьку язычком.

Он, бедняга, за простыни цепляется, рычит, как зверюга лесная. А я возвращаюсь к своей задаче. Еще смазки. Настина попка вся скользкая и влажная.

Тихонько проникаю пальцем в попку. Сжимает. А потом впускает. Глубже.

— Вот так… чувствуешь? — мурчу, заталкивая палец целиком. — Приятно?

— Д… да… — стонет Настя, — да… божеее…

— Хорошо?

— Да…

— Тогда продолжим.

Настя очень податливая. Девочка, которую растили в бесконечных запретах. А потом стали домогаться. Как ты не сломалась, моя хорошая? Больше никто не посмеет сделать тебе больно.

Даже мы…

— Ах! МММ! — Настя уже в открытую стонет, пока я трахаю её тремя пальцами.

— Хорошо входит, — бормочу, на лбу испарина.

Пиздец я нервничаю. Ведь Настеньку нужно раскрепостить аккуратно, чтобы потом трахать вместе. Открыть ей все грани порока. Научить. Чтобы она поняла, что секс — это совершенно не страшно.

Любой секс…

Надеваю презерватив. Подвожу член к попке. Прокальзывает хорошо. Настенька вся сжимается.

— Всё хорошо, малышка, — успокаиваю её, — не больно тебе?

— Нет, — вертит своей блондинистой головкой.

— Ну вот… ты чего такая напряженная? Я же сказал, что не обижу.

— Знаю… просто… ах! — лепечет, я же аккуратно ввожу член глубже.

— Хорошо? — ласково спрашиваю.

— Да… очень, — она дрочит член Федьки.

Начинаю двигаться. Попка очень тугая, я с трудом держусь, чтобы просто не затолкать в неё хер по самые яйца. Прикрываю глаза, лоб покрывается испариной.