Книга Отцы подруг. Порок на троих, страница 35 – Бетти Алая

— Хочу тебя, — шепчу, — только тебя одну, детка…

— Прогнал свою голую? — и снова на меня смотрят огромные голубые глазищи.

— Конечно. Больше нас никто не побеспокоит, — рычу, снова обхватываю губами сладкий сосочек.

Глажу животик Настеньки. Интересно, там уже появился пузожитель? Или нам предстоит поработать ещё?

Мы ласкаем нашу девочку, желая подарить ей всю ту любовь, которой она была лишена. Настюшка заслуживает гораздо большего. Весь мир к ее сладким ножкам бросим.

— Ммм! МММ! — она кусает губки, находит наши члены и ласкает.

Рычим в унисон с Глебом. Настя уже куда более уверенно себя чувствует с нами. Ничего, мы не закончили.

Укладываясь на спину, тяну девочку на себя.

— Сядь… попрыгай на члене дяди Глеба, крошка…

Настюшка порочно улыбается. Забирается сверху. От вида её небольшойгруди мои яйца готовы разорваться. Все бедра девочки покрыты смазкой.

Глеб встаёт, берет презерватив. И смазку.

— А что… ой! — Настя вскрикивает, когда я толкаюсь в ее киску.

— Не больно, детка? — спрашиваю, лаская упругие изгибы.

— Нет… очень хорошо! — она выпрямляется, смотрит мне в глаза.

И двигает бёдрами. Садится до самого донышка. Обхватывает тугими мышцами мой член.

— Моя хорошая… умница… бляяядь… мать твою! — рычу, гуляя руками по нежной коже.

Глеб присоединяется, обхватывает ладонями ее сиськи. Сжимает сосочки в пальцах, играет. И целует. А Настя прыгает на моём члене.

Вот так правильно…

Она создана для меня. Для Глеба…

Открытая, сексуальная. Настя — просто чудо. Наш белокурый ангел.

— Громче кричи… — хриплю, понимая, что вот-вот залью ее малышку спермой, — громче… бляяяядь!

— АААА! — она извивается в руках Глеба, стискивает меня своей кончающей киской.

— СУУУКА… — рычу, толкаясь в последний раз, и замираю.

По телу проходит сильная дрожь. Заливаю спермой невинную киску Настюшки. А она сидит, тяжело дышит. Моя! Никогда так не кайфовал, кончая в женщину.

Глеб целует её, пожирает сладкие губки. Мнет грудки. Кожа девочки уже вся красная от нашей животной ласки.

— А теперь… — отстраняется, затем снимает Настюшку с меня и ставит раком, — моя очередь…

Нежные стоны Настеньки ласкают мой слух. Я, как безумный глажу и сминаю ее нежную белую кожу. Пока малышка скачет на члене Федьки, ласкаю ее упругую грудь…

— Блядь… встань раком! — когда они кончают, не могу ждать.

Настя покорно выгибается. Показывает мне свои узкие дырочки. Стянутое колечко сладкой попки и алую возбужденную киску, из которой вытекает сперма…

— Сука… — рычу, во все глаза таращась на эту красоту.

Член стоит колом, яйца вот-вот разорвутся. Резко вхожу в горячую киску и громко стону. В Настеньке очень туго и гостеприимно. Она вскрикивает, тяжело дышит. Выхожу, любуюсь на свой член, покрытый смазкой.

— Пососи мой хер, крошка, — Федька разваливается на постели.

— Да, поработай своим ротиком, — глажу малышку по голове.

Затем резко натягиваю на кулак блондинистые волосы. Она громко стонет, еще сильнее мой член обхватывает. Становится более влажной. Ей нравится…

Рывок, Настя выгибается. Второй рукой обхватываю её грудь, сильно мну, не жалею. А затем опускаю голову девушки на член друга. Федька громко стонет. А я жестко насаживаю малышку прямо до самых яиц.

И продолжаю трахать.

Быстро, сильно, глубоко. Настенька извивается, пытается освободиться. Кашляет. Но её девочка говорит мне лучше любых слов, как ей хорошо. Тугая киска сокращается, выталкивает.