Книга Истинная для воеводы орков, страница 13 – Рада Миртова

Теряюсь от таких резких перемещений. Робею.

Митрибор склоняется надо мной. Огромный такой… всё ночное небо собой закрыл — ни кусочка не видно.

Мою рубаху снова тянут вверх, и на этот раз до конца. Ткань трещит под напором еле сдерживающего себя орка.

Пояс развязывается одним движением. Обе юбки, нижняя и верхняя, стягиваются рывком.

Вскоре я остаюсь абсолютно нагой. Только темнота ночи скрывает тело.

А мне уже плевать на то, что будет! Пускай он сделает это! Хочу принадлежать своему воеводе! Безумно хочу! Больше жизни…

Пусть даже и умру, но прежде узнаю, каково это… отдать себя тому, к кому так стремится сердце…

Дрожу под его горящим в темноте, голодным взглядом.

На секундочку страх возвращается. Мне никак не избежать того, что вот-вот произойдёт. Не попросить отсрочки.

Я вижу это по безумию в глазах Митрибора. Каждой частичкой тела чувствую. Знаю.

Нет, не хочу отсрочек! Отчаянно не хочу, чтобы он отступил! Откуда-то изнутри это желание рождается страшным голодом. Неутолимым. Слишком сильным, чтобы можно было сопротивляться.

Сильные руки гладят моё тело. Изучают. Наслаждаются этим процессом. Ладони воеводы обхватывают грудь. Спускаются к талиии дальше, к бёдрам…

— Белая, как молоко... — рычащий шёпот. — Нежная, как лепестки весенних цветов… моя… будешь моей… сейчас…

Огромные горячие ладони орка сжимают мягкие полушария груди, и это снова очень приятно.

Низ живота сводит. Внутри, за рёбрами, растёт горячий шар. Вот-вот, сейчас…

Мой орк возьмёт меня. Сделает своей женщиной. Соединит наши тела.

Схлынувшее было напряжение снова нарастает волной.

Между бёдер пульсирует от непривычного голода. И ладонь Митрибора стремится туда. Утешить этот голод или, наоборот, распалить до предела.

Он берётся за мои колени, сгибает их и одним властным движением разводит ноги в стороны.

— Мокрая… молодец, Фейсель… уже готовая для меня…

Сильные и умелые пальцы снова гладят меня между ног. Между разведённых в стороны бёдер. Скользят по плоти. Растирают влагу.

Замираю, когда возле входа чувствуется палец Митрибора. В прошлый раз он совсем чуть-чуть вошёл. Сейчас так не будет. Я понимаю это.

Глядя мне в глаза, воевода давит, и внутрь меня проскальзывает один из его пальцев. Медленно движется дальше, растягивая мои стеночки.

Я дышу часто-часто. Прислушиваюсь к ощущениям.

Изнутри распирает, наполняет. Совсем не больно пока, но чувство натяжения сильное. Кажется, что это предел, который может вместить моё тело.

— Потерпи чуть-чуть, — ласково просит мой воевода.

Его палец толкается ещё немного глубже, и следом низ живота разрывает боль.

Вскрикиваю глухо. С силой прикусываю губу. Глаза моментально застилает слезами.

Как же это… а что же потом?

Палец осторожно и медленно выходит из меня.

Сквозь слёзы и темноту ночи вижу, как Митрибор подносит палец к своим губам и с наслаждением облизывает его!

А потом и вовсе задыхаюсь от шока, когда огромный воевода орков наклоняется к моему лицу и впивается в губы поцелуем. Горячим, жалящим, и в то же время нежным.

И у этого поцелуя привкус крови! Моей крови.

Митрибор придавливает меня своим телом. Разведённые в стороны колени расходятся ещё шире. Он слишком большой. Моё тело едва справляется. Я даже ногами его обхватить не смогу!

Да что там! Упираю дрожащие ладони в горячую каменную грудь и понимаю, что я по сравнению с этим исполином просто букашка…