Онлайн книга «Истинная для воеводы орков»
|
Моё тело подстроилось! Растянулось и впустило в себя этого гиганта. А мой орк будто обезумел. Движения бёдер стали рваными и почти грубыми. С каждым ударом Митрибор вдавливает меня собой в землю. Берёт уже без всякой осторожности. Жадно. Будто умирал без этого. И я отдаюсь ему полностью. Дарю своё тело. Потому что мне тоже это нужно. Очень-очень! До хриплых стонов и прокушенной губы. До дрожи, сотрясающей всё тело. Понимаю вдруг, что меня снова несёт к краю. Удовольствие внутри звенит и плавится, затапливая сознание. С каждым толчком члена внутри меня звуки становятся все дальше, заменяясь шумом в ушах. — Да… — почти зло рычит Митрибор, — давай, Фейсель, покажи мне своё удовольствие… Взрываюсь от его слов. Меня снова трясёт, внутри сладко-сладко. И член моего дикого, властного орка продолжает двигаться во мне, продлевая эту агонию. Мой воевода вдруг с яростным рыком вжимается в мои бёдра. До предела. До самой потаённой глубины. А потом внутри меня взрывается пульсацией что-то горячее. Это тоже неожиданно приятно. Так и должно быть. Самая естественная вещь на свете — принадлежать моему Митрибору. Это так же правильно, как дышать. Силы покидают меня вместе с удовольствием. Слишком много всего сегодня пережило тело. Я ещё дрожу в руках моего орка. Распятая им практически на земле. Присвоенная. И наконец получившая утоление своей жажды. Я проваливаюсь в сон, больше похожий на обморок, ещё до того, как Митрибор успевает выйти из моего лона. 12 Просыпаюсь оттого, что слишком жарко. Что-то горячее и тяжёлое сдавливает меня будто со всех сторон. В теле слабость. Между бёдер тянет, и ноги болят. Ох… Память просыпается не сразу. Постепенно. Это ведь я в лесу сейчас, да? Разлепляю тяжёлые веки. Первые лучи солнца ещё только пробиваются вдалеке над горизонтом. Совсем недавно рассвело. Подо мной мягкая шкура, а рядом… Стараясь не шевелить остальными частями тела, поворачиваю голову. Святая богиня! Это я… это что же получается?.. Вглядываюсь в лицо огромного спящего орка. Воевода… Именно от его тела исходит жар. Мощная, тяжёлая рука прижимает меня к мужскому телу. По-хозяйски держит за талию. Какой он… интересный. Ночью при свете костра не разглядеть было толком. А сейчас можно. Зелёная кожа, похожая оттенком на летнюю траву. Черты лица чёткие, будто вырезанные из камня. Брови прямые и чёрные, как крылья ворона в полёте. Вот он сейчас спит расслабленно, а всё равно выглядит угрожающе. Но… красиво… И мы вчера… Стыд затапливает с головой… А потом оборачивается паникой. Как так вышло-то? Я даже не знала, что такое возможно… Смерти ждала. Разве так бывает? Он сказал, что бывает… Митрибор… Вот смотрю в его лицо, и кажется, что не так уж всё и страшно. Спокойствие непонятное в сердце появляется. Но стоит только взгляд отвести, как крыть от паники начинает. Что теперь делать-то? Что меня ждёт? Воевода сказал, что утром до городских ворот меня проводит… Нет, не хочу! В глаза ему посмотреть не смогу, после того как позволила… всё позволила! Нет-нет, падших женщин домой не провожают. Не переживу, если на себе его презрительный взгляд поймаю. При одной только мысли об этом в груди такая боль появляется, что хоть вой. Пусть лучше в воспоминаниях только то останется, что уже случилось. Когда думаю о том, что между мной и Митрибором ночью произошло, в груди приятное тепло разливается. |