Книга Фиктивная жена для герцога-монстра, страница 98 – Элина Амори

— Идем, Эйлин. — Я поспешил к темневшему впереди крылу, потянув ее за собой и крепко сжимая левой рукой ее прохладную маленькую ладонь.

Я поймал себя на мысли, что отчаянно хочу, чтобы ее слова оказались правдой. Никто и никогда не говорил мне ничего подобного. Чудовище, монстр, грешник, насильник и убийца — вот как называли моего дракона и меня в том числе. Как эта хрупкая фантазерка находит во мне что-то хорошее?

— Я случайно услышала, что ты занимаешься садом, — вдруг сказала Эйлин. — Покажешь, когда вернемся, или ты никого туда не пускаешь?

Я остановился. Сердце сжалось какой-то приятной и в то же время тоскливой болью. Дело было не в ее просьбе, а в том, что она запомнила. Ей это было интересно? Интересно, чем я живу?

— Обязательно покажу, — ответил я, глядя на свою растрепанную, но оттого не менее прекрасную спутницу. — Но для начала надо вернуться.

— А может, мы все-таки убежим из дворца, пока нас не нашли? — жалобно спросила она.

— Это бессмысленно. Ты спрашивала, чем я заплатил императору за указ о твоей неприкосновенности и моей полностью власти над слугами моего поместья. Так вот, взамен я должен являться на все значимые мероприятия. Если пропущу хоть одно, указ могут отозвать. Поэтому мы должны переодеться, избежать жрецов и появиться на...

— Подожди, — перебила она, — если император сам приказал тебе быть везде, зачем спрашивал, что ты делаешь на празднике?

— Проверял, наверное, — я пожал плечами. — Наш уговор был тайным.

— Тогда выходит, он заинтересован в твоем присутствии? Зачем?

Я покачал головой.

— Не знаю. Я вообще его не понимаю.

Мы дошли до черного хода в здание, которым обычно пользовались слуги и порой я. Я выбил замок, и мы вошли. Темнота не была для меня проблемой — я чувствовал пространство иначе. Но Эйлин жалась ко мне, цепляясь за руку. И я вел ее, предупреждая о порогах и ступеньках.

На втором этаже располагались комнаты моей бабушки, ныне покойной вдовствующей императрицы, и герцога Дриона — ее фаворита. Он оставался рядом с ней до самой смерти и скрашивал ее дни. А так же он был тем, кто напрочь не понимал, что со мной не так. Я и остальные списывали это на почтенный возраст. А теперь я думал, может быть, это была мудрость взрослого по отношению к ребенку?

— Наверное, в этом доме водятся призраки, — дрожащим голосом произнесла Эйлин, когда мы шли по коридору.

— Среди слуг ходят разные слухи, — пошутил я. Ее страх перед призраками казался забавным после того, что она переживает со мной.

— Давай не будем разделяться, — попросила она виновато.

Я взял вещи герцога, и мы пошли в покои бабушки.

Переодевались при лунном свете, который лился из высоких незанавешенных окон. Она в одном углу, я в другом. Я честно старался не подглядывать, но мой превосходный слух подсказывал, что снимает с себя Эйлин, что надевает...

Потом я нашел для Эйлин расческу и предложил помочь с волосами. Но переоценил свои силы. Мои грубые пальцы лишь сильнее путали шелковистые пряди.

Во мне боролись два желания — бросить это дело, чтобы ненароком не навредить, а второе — касаться ее и дальше. И в конце концов победило желание прикосновений.

Время застыло в холодном лунном свете, в мерном дыхании Эйлин и ее персиковомаромате. Дракон лениво ворочался, будто удовлетворенный, а я думал, что совсем недавно не мог даже помыслить остаться с женщиной наедине, а чтобы ухаживать за ней, и подавно. Эйлин, нежная фея империи, ворвалась в мою жизнь, перевернув все с ног на голову.