Книга Колыбельная ведьм. Скриптум Первый, страница 147 – Влада Мишина

– Думаю, две из них будут мне знакомы, – кивнул Ворон.

– Наверняка, – согласился дож. – Первая маска – вольто^[49]с золотыми трещинами. Её всегда надевает Верховный Первосвященник Франциск де Неро.

– Глава Ордена сегодня будет здесь?! – снова не удержалась я от неуместного восклицания.

К счастью, дож по-прежнему не был против моего участия в беседе.

– Не просто будет! Он уже прибыл, и я поприветствовал его по всем правилам.

– Почему-то я всегда думала, что маскарады должны осуждаться Первозданным.

– Не в Венеции, леди, – хитро улыбнулся Альвизе. – Венеция – это один большой маскарад, и лишь маски меняются день ото дня.

Я огляделась, удивляясь, как свободно дож говорил в присутствии других гостей. Проследив за моим взглядом, он понимающе улыбнулся.

– Не беспокойтесь: я понижу голос, когда это будет необходимо.

Ворон на удивление не становился предметом пристального внимания гостей, и я решила, что дело было в том, что он часто присутствовал на подобных мероприятиях.

Тем временем Альвизе продолжил свой рассказ:

– Франциск де Неро, разумеется, знает многое, возможно, даже ответы на ваши вопросы. Но с верховным ведьмаком он не будет говорить до переговоров, а вас, леди, к нему даже не подпустят.

«Очевидно», – безмолвно согласилась я.

– Поэтому переходим ко второй маске – баута^[50]с синей тесьмой по краю. Хоть она и означает анонимность, её владелец всем прекрасно известен. Это святой отец Бартоломью – глава собора Святого Марка, который, впрочем, мог стать и инквизитором или даже Верховным Первосвященником… Но предпочёл остаться в тени.

«Если верить моим сведениям о Бартоломью, стань он Первосвященником, костры с ведьмами разгорелись бы в тот же миг».

Ворон уверенно произнёс:

– К этой маске мы не приблизимся.

– Разумно, – кивнул дож, – хотя досадно. Он близок к Франциску и посвящён во многие дела Ордена, но ведающим действительно лучше держаться подальше от него.

На самом деле, мне было любопытно увидеть Бартоломью, о котором ходило столько страшных слухов, но не настолько, чтобы по своей воле приближаться к маске баута с синей тесьмой.

– Как я и сказал, эти маски знают многое, но вам ничего не скажут. Поэтому перейдём к главному. – К этому моменту дож, как и обещал, понизил голос. – Третья маска – Скарамуш^[51], в чёрной треуголке и чёрном плаще.

– Есть ли у неё какие-то отличительные черты, по которым можно отыскать нужного человека? – я неуверенно взглянула на гостей. – Такие маски – не редкость, как и треуголки с плащами.

– Скарамуш сам вас найдёт, – со знанием дела кивнул Де Сантис.

Ворон скрестил руки на груди.

– Уж не тот ли это соглядатай, которого одновременно ненавидит и боготворит Совет Дожей?

– Мы не испытываем к нему ненависти, – Альвизе легко пожал плечами. – Скорее опасаемся. Этому человеку уже много лет удаётся сохранять анонимность и при этом раскапывать надёжно похороненные тайны.

– Венеция – слишком маленький город, чтобы такое было возможно, – усомнилась я.

– И тем не менее это так, – уверенно кивнул дож. – Я оставил ему послание в тайном месте, куда приходят все, кому нужна помощь Скарамуша. Мы вступили в переписку, и он согласился встретиться с леди, чтобы рассказать всё, что ему известно про ваш вопрос.

– Только с леди? – ровным голосом спросил Ворон.

Альвизе развёл руками.