Книга Ловушка, страница 42 – Джек Тодд

— Подло это, — констатирует доктор Харт и удобнее перехватывает ружье. — Они пытаются запутать нас. Или на острове действительно есть кто-то ещё.

— Конечно есть! — голос Эшли хрипит от криков, она судорожно поглядывает на открытые двери и в конце концов бросается в коридор. — Я их одних не оставлю!

Глядя ей вслед, Лили гадает, безопасно ли здесь оставаться. Спаситель не тронет её — она уверена. Так говорил Александр. Но ружье — ружье это совсем другой разговор. Каждый раз, поглядывая на него, она представляет, как доктор Харт поворачивается к ней и нажимает на курок.

Быстро. Легко. Безжалостно.

— Не хочу оставлять Эшли в одиночестве, — в конце концов говорит Лили. — Мы пойдём за ней.

— Останавливать не стану, — кивает он. — Но ружье останется при мне.

***

Стефан и Джессика в спешке выбегают на задний двор. Делают круг и вновь возвращаются в поместье — намеренно путают следы, оставляют мокрые отпечатки обуви на лестнице, буквально запираются в отцовском кабинете. Здесь до сих пор стоят запахи книжной пыли и чернил. Это единственное место в доме, где не ощущается назойливого запаха спиртовой настойки болиголова.

— Зачем? — запыхавшись, спрашивает Джессика. — Эшли же так и осталась там…

— Кто, по-твоему, уронил бюст, когда мы все сидели в гостиной? — он сам быстро восстанавливает дыхание, и его голос звучит с привычной уверенностью. — На острове действительно есть кто-то ещё. Я видел на полу мокрые следы — никто из нас не поднимался на второй этаж с тех пор, как мы обнаружили тела Кроуфорда и Джареда.

— Ты хочешь сказать, что мы заперлись на одном этаже с убийцей?!

— Я хочу отвлечь его внимание. Ты же сама сказала — Эшли осталась там. Если Харт не убийца, то с ним, вооруженным отцовским ружьем, она в большей безопасности.

— Ох, Стефан, ты совсем не знаешь нашу дочь, — выдыхает Джессика, и в её голосе он слышит нервозность на грани истерики. — Она бросится искать нас, и никакое ружье её не остановит.

Впервые в своей жизни Стефан оказался в подобной ситуации. Нет, он сталкивался с жизненными трудностями, — несколько раз едва не потерял собственное дело, а когда-то в детстве считал трудностями вражду с братом и строгое отцовское воспитание, — но назвать сложившуюся на Хемлок Айленд ситуацию трудностью у него язык не поворачивается.Это катастрофа. Какой-то сумасшедший пробрался на остров и одного за другим уничтожает их.

Или нет. Его единственная зацепка — упавший в холле бюст, а про следы он упомянул только ради того, чтобы успокоить жену. Сколько раз они ходили туда-сюда утром? Никто не считал. На улице сейчас прохладно, из прислуги никого не осталось — эти следы могли просто не высохнуть.

Он обреченно выдыхает.

— Знаешь, дорогая, я не романтик, — с кривой усмешкой произносит Стефан. — Но самое время сказать тебе о том, что о лучшей жене я не мог и мечтать. А ведь когда мы только встретились, я был уверен, что никогда тебя не полюблю. Ты казалась мне такой глупой и заносчивой.

В нём говорит страх — за себя, за жену, за дочь. И кажется, что лучшего времени уже не будет. Если всё сложится наихудшим образом, если вдруг они станут следующими, то пусть Джессика знает. Когда-то он должен был признаться.

Стефан нервно посмеивается.

— А то я этого не видела, — а вот Джессика откровенно смеётся, но он знает, что нервничает она не меньше. — У тебя на лице было написано, что брак тебе навязал отец, а сам бы ты с удовольствием ещё пару лет бегал бы за каждой юбкой. А ты и бегал! Но я не дура, Стефан, я знала, что мне лучше помалкивать и держать своё недовольство при себе. В конце концов, ты оказался куда лучшим человеком, чем я себе представляла.