Книга Бессердечный, страница 107 – Джек Тодд

Как теперь избавиться-то от этого дерьма в голове? Я не выхожу, а выплываю из душа, замотавшись в пушистое махровое полотенце. Наверное, выгляжу как искупавшийся в луже воробей, да и хрен бы с ним. Сейчас бы еще о внешнем виде переживать.

Свалившись на диван в гостиной и несколько минут поглядев в потолок, я наконец хватаюсь за телефон. Никаких сообщений от босса или его людей в мессенджерах – только пропущенный вызов с неизвестного номера. Снова. Что ж, глупо было рассчитывать, что охранник вдруг расскажет Ксандеру или Грегору, в каком состоянии я светилась рядом с клубом. Может, он принял меня за очередного пьяного гостя. Мало ли уродов блюет в переулке в разгар вечеринки? Пальцы сами собой скользят по экрану, щелкают по номеру Грегора.

Как ни выпендривайся, обращаться больше не к кому. Никто не поймет.

– Мне казалось, я просил тебя не звонить просто так, – с усмешкой произносит он вместо приветствия, и голос у него спокойный и даже веселый. Развлекается там, значит. – Что-то случилось, muñequita?

– А когда я звонила просто так? – огрызаюсь я, чувствуя, как внутри копошится противная злость. Честно говоря, совсем недавно мне и подходить к Грегору просто так не хотелось, не то что звонить ему по поводу и без. – Ладно, проехали. У меня проблемы, босс.

Босс. Сколько раз он просил называть его по имени, но в моменты волнения или злости обезличенное «босс» срывается с языка против воли. Когда-то я называла так старого Гарольда, а теперь – Змея, хотя тот успел стать для меня просто Грегором. Мужчиной, а не начальником.

Однако сегодня он не злится на это и не подшучивает надо мной.

– Тебя взяли? Где ты сейчас и есть ли рядом кто-нибудь из Отбросов? – спрашивает он совсем другим тоном. На том конце провода слышится шорох и приглушенный грохот, наверняка Грегор вскочил с кресла и теперь расхаживает по кабинету.

– Я дома, в этом плане все норм. Просто… – Я запинаюсь, прикусываю губу и тяжело вздыхаю. Как же сложно говорить о произошедшем вслух. Просто я прикончила пару людей, босс. Это же ничего страшного? Боже, даже в голове звучит абсурдно. – Бумаги у меня, но в офисе меня засекли два амбала Бакстера.

– Ты цела? – И на мгновение мерещится, будто он беспокоится, хотя и звучит все так же серьезно и холодно.

– Пара синяков, ерунда.

Из динамика доносится тяжелое дыхание, но несколько долгих мгновений мы просто молчим. Пожалуйста, пусть он поймет все без слов. У него же такая же метка, неужели никогда ничего подобного не случалось? Или его величество Змей всегда был идеальным? И контролировал себя даже в юности, не размахивая меткой направо и налево? Впрочем, кто знает, метка могла проявиться и когда ему было лет двадцать пять.

Какая же я дура, за пять лет он не поднялся бы.

– А с ними что? – произносит он наконец. Вокруг слышатся голоса, музыка и отголоски смеха. Значит, он уже вышел из кабинета в клуб. Может, даже на первый этаж спустился.

– А их размазало, босс, – шепчу я сквозь слезы. Чтоб его, успокоилась ведь еще в ванной, нет, все равно хнычу, как малолетка. Тоже мне, серьезная воровка, великая мстительница. Бакстер бы со смеху помер, увидев, в каком я состоянии. Но думать о Бакстере сегодня уже не хочется. – Я думала…

Дыхание перехватывает, и я снова запинаюсь. Да что ж такое! Рассказать – и то толком не могу. Глотаю слезы и утираю их ладонью, косясь на темнеющую на коже метку. Гребаную метку, которой у меня и быть-то не должно.