Онлайн книга «Бессердечный»
|
– Я думала просто отбиться, сделать больно и свалить побыстрее, а они… – А они сгорели, – заканчивает за меня Грегор, будто и нет в этом ничего особенного. Музыка и голоса на заднем плане сменяются гулом машин и шелестом ветра. Отвечать нет сил. Я так и держу телефон у самого уха, но лишь хнычу в трубку и сдавливаю корпус с такой силой, что еще немного, и тот пойдет новыми трещинами. Или оплавится, как Отбросы недавно. В страхе я едва не откидываю телефон в сторону, но вовремя торможу. Все в порядке. Ничего больше не горит. И никто. А вот голубоватое сияние вокруг никуда не исчезает. – Я зайду, Алекс, – говорит он, и это не вопрос. – Даже если ты против. – Я не… – Сколько их было? – Двое, – всхлипываю я. – Я не хотела, честно, я не… – Тише, muñequita. Расскажешь мне лично, это не телефонный разговор. На том конце провода сигналит машина, слышится ругань и несколько грубых и холодных слов Грегора, адресованных явно не мне. Я вздрагиваю при одной только мысли, что тот сорвался и бросился ко мне после первого же звонка. Знаменитый Змей, попасть к которому нужно еще постараться, спешит к сопливой девчонке, неспособной контролировать собственную метку. Кто бы только знал. – Грегор?.. – Да? – Возьми что-нибудь покрепче. Глава 24 Грегор В квартиру Алекс на четырнадцатом этаже я захожу уже минут через десять. Открываю дверь собственными ключами и бросаю на тумбочку в холле початую бутылку джина, которую прихватил из бара по пути сюда. Осталось там всего ничего, но куколке хватит и этого. Кому, как не мне знать, что она сейчас чувствует? И алкоголем эти ощущения не зальешь, сколько ни пей. Но мысли о сгоревших дотла Отбросах вылетают из головы, стоит пройти в гостиную. Алекс сидит на диване, закутавшись в одно только банное полотенце, и дрожащими руками подносит к губам стакан с водой – не пьет, только смотрит на водную гладь как на путь к спасению, не иначе. Взгляд у нее пустой, словно она давно уже потеряла связь с реальностью и держится лишь на ослином упорстве. – Алекс? – окликаю я тихо, остановившись в паре шагов от дивана. Она поднимает на меня удивленный взгляд и несколько раз моргает. – Поставь стакан, пока вода в нем не закипела. Еще несколько мгновений, и та пойдет мелкими пузырями, изойдется паром, и рано или поздно стакан лопнет прямо в руках Алекс. Сейчас куколка едва ли в состоянии контролировать собственные силы. Чего уж там, она и за собой-то не следит – волосы все еще мокрые после душа, измазанная чем-то черным одежда разбросана по полу прямо в гостиной. Пеплом. Одежда наверняка перемазана пеплом – тем, что еще осталось от людей Моралеса. – Да, прости, – отвечает Алекс рассеянно и пытается поставить стакан на кофейный столик у дивана. Ничего не выходит. Тот валится на пол и катится в сторону, оставляя за собой блестящий в свете потолочных ламп мокрый след. Несколько раз куколка моргает, глядя на стакан, губы ее подрагивают и изгибаются, а на глазах выступают слезы. Секунда, еще одна – и она бросается вперед, обхватывает меня поперек торса, пальцами комкает рубашку на спине, царапает ногтями даже сквозь ткань и дрожит всем телом. Кажется, ее не волнует ни сползающее вниз полотенце, ни откровенно непрезентабельный вид – Алекс не боится быть собой. Слабой, но все-таки способной продержаться несколько лет в самом дрянном районе города девушкой. Простушкой, для которой только пару месяцев назад главной проблемой было решить, какой магазин обчистить, чтобы купить еды и пару новых толстовок, куда влезут инструменты и несколько отмычек. |