Книга Позолоченная корона, страница 133 – Марианна Гордон

Принцесса с улыбкой взглянула на нее; нет, ее было так просто не одурачить.

– Требования, суть которых я, к сожалению, раскрыть не могу. Бренди? – Не дожидаясь ответа, она взяла графин, вытащила пробку и налила две порции.

– Понимаю, – сказала Хелльвир, стараясь скрыть досаду.

– Вижу, тебя очень сильно интересуют наши взаимоотношения с Храмом.

– Я… – Она сделала вдох и заглянула в бокал с янтарной жидкостью, который подала ей Салливейн. – Я в последнее время читала о религии Онестуса, пыталась разобраться в ней. И выяснила кое-какие вещи, которые встревожили меня.

– Что же это?

Хелльвир поежилась, пытаясь не вспоминать торопливые, грубые наброски, следы, оставленные на бумаге художником, который слишком сильно нажимал на карандаш.

– Раньше они не слишком благосклонно относились к таким, как я, – уклончиво ответила она.

– Ты говоришь о сожжениях язычников?

Хелльвир резко подняла голову.

– Вы знаете об этом?

Салливейн стояла, облокотившись о каминную полку, и вертела в руке бокал.

– Я слышала истории о тех временах. Костры, пытки. – Принцесса улыбнулась Хелльвир с таким видом, словно они говорили о погоде. – Сегодня Храм не просил разрешения на казни язычников, если ты беспокоишься насчет этого. Хотя в последнее время служители становятся все наглее.

Хелльвир постаралась придать лицу безразличное выражение.

– Конечно, – сказала она. – Это было очень давно.

– Твои поиски, случайно, не были связаны с вопросом, который я задала тебе на балу, а?

Хелльвир встретила взгляд медных глаз; Салливейн смотрела на нее не мигая, открыто, вызывая ее на откровенность. На миг она растерялась, не зная, что сказать. Ее снова поразила проницательность принцессы; Салливейн уже не раз угадывала ее мысли, и она решила, что пора перестать удивляться.

– Да, – призналась Хелльвир. – Вы правы. Я хотела узнать больше о вашем боге, чтобы понять, действительно ли встречала в потустороннем мире Онестуса.

– И?

Хелльвир заметила, что принцесса напряглась, словно кошка, готовая к прыжку.

– Я ничего не нашла в книгах, где говорится о вашей вере, но в конце концов оказалось, что я могла бы и не тратить на это время. Он сам сказал мне, что он не Онестус.

В комнате наступила тишина; казалось, принцесса задержала дыхание, и даже поленья не трещали в камине.

– Ясно, – произнесла Салливейн. – Это не Онестус.

Она говорила без удивления, но Хелльвир показалось, что она разочарована.И было в ее голосе что-то еще. Печаль? Отчаяние?

– Но он знает о существовании Онестуса? Онестус есть?

– Он не знает.

Говоря об этом, Хелльвир сильно рисковала; она сомневалась в том, что человек с черными глазами разрешил бы ей сообщать людям подобные вещи. Но, видя принцессу такой – с непроницаемым лицом, освещенным красноватым светом тлеющих угольев, – Хелльвир могла думать только о том, как помочь ей. Она понимала, что принцесса старается не выдавать своих чувств именно потому, что взволнована; так королева застыла там, в темнице, услышав о предательстве своих союзников.

– Он не знает, – вполголоса повторила принцесса и нахмурилась. – Как он может этого не знать? – резко произнесла она. – Это же бог загробного мира.

Хелльвир поставила бокал на стол. У нее дрожала рука.

– Он не бог. Я не знаю, что он или кто он.

– А разве ты не хочешь это узнать? Он же позволяет тебе воскрешать мертвых, травница, неужели тебе не любопытно?