Книга Испытание, страница 108 – Трейси Вульф

Эта сила близка, она бурлит, ищет выход. Я чувствую, как она тянется к моей собственной силе, как она обвивается вокруг меня, пытается проникнуть в меня… Я так быстро ставлю между нами мысленную стену, что Кровопускательница слегка отшатывается.

– Я надеялась, что твоя сила богов в тебе еще не развилась настолько, чтобы он мог прознать о ней, – шепчет она. – Но, к сожалению, это не так. Теперь главное – это время. Он не остановится ни перед чем, чтобы захватить тебя, Грейс. Ни перед чем. Ты одновременно ключ к его полному краху и к исполнению его самого заветного желания, желания обрести еще большую власть.

И как будто ей недостаточно моей растерянности от этих новостей, она пододвигается еще ближе и говорит:

– Теперь тебя может спасти только одно – Армия горгулий. Это в том случае, если тебя вообще можно спасти.

– А где сейчас Армия горгулий? – спрашиваю я и судорожно глотаю воздух, решив не обращать никакого внимания на ее зловещую угрозу насчет Сайруса. Стало быть, он хочет захватить меня по какой-то причине, которая мне наверняка не понравится, хотя именно из-за этого Кэтмир и обратился в пыль. Вместо того, чтобы думать об этой причине, я фокусируюсь на другой части предостережения – той, из которой следует, что Армию горгулий все же можно спасти. Мне почти что страшно услышать ответ на мой вопрос. Я хочу верить, что они живы, что на свете есть и другие существа, подобные мне, что Сайрус не истребил весь наш вид, но маловероятно, что Кровопускательница могла прятать их тысячу лет.

– Я, разумеется, заморозила их во времени, – отвечает она.

Должна признаться, я никак не ожидала такого ответа. Я поворачиваюсь к Хадсону, и мое дыхание учащается, поскольку в голову мне приходит еще одна мысль. И, по-видимому, та же самая мысль осеняет и Хадсона, потому что его глаза округляются и он говорит:

– Значит, Алистер перенес тебя к замороженному Двору горгулий.

Мои губы растягиваются в улыбке.

– Они живы, Хадсон, они все-таки живы.

И внезапно все начинает казаться выполнимым.

Если Армия горгулий жива, то мне и моим друзьям надо просто отыскать лазейку и спасти их. Если мы спасем их, то сможем освободить и учеников Кэтмира. Сможем победить Сайруса раз и навсегда. И тогда Хадсону и мне, возможно, не придется прятаться в каком-то медвежьем углу Аляски до конца наших дней.

– А вы можете разморозить их прямо сейчас? – спрашиваю я. Мне не терпится показать друзьям, как удивителен Двор горгулий и как упорно они готовятся к битве.

Но Кровопускательница качает головой.

– Нет, это можно будет сделать только после того, как мы исцелим их. Я дала наместнику и правой руке Алистера Божественный камень, который не дает яду распространиться, пока они остаются замороженными во времени. Если убрать Божественный камень, яд убьет их внутри их замороженного Двора, только это будет происходить медленнее. Но, если разморозить их полностью, жить им останется всего несколько часов, если только они не обратятся в сплошной камень и не останутся такими навсегда.

На меня наваливаетсяужасная печаль, и я протягиваю руку к Хадсону, чтобы он помог мне удержаться на ногах, но он и так уже рядом, его руки обхватывают мою талию и прижимают мою спину к его груди.

– Это ничего, – шепчет он мне на ухо. – Мы найдем способ их спасти.