Онлайн книга «Крапива. Мертвые земли»
|
– Этого шляха чесать что дикого пса, – фыркнул Влас, но фыркнул вроде как для порядку, а не со злобы. Шатай же, казалось, и вовсе вот-вот по-кошачьи замурчит, но все ж отбрехался. Правда, уколоть, как княжич, не сумел и попросту буркнул: – Да пошел ты. – Ну-ка оба затихли! – приказала Крапива и немало удивилась, когда спорщики безропотно послушались. Когда дело было сделано, а дневной жар спал, все трое улеглись рядом. Крапива оказалась посередине: Влас, отвернувшись для виду спиной, с правой стороны, Шатай, прижавшись как можно теснее, с левой. Так они и задремали, ненадолго спрятавшись на зеленом клочке земли от невзгод. * * * После бури обыкновенно случается затишье. Увы, примета работает в обе стороны, и, коли долго нет беды, надобно ждать ее в гости. Шатай подорвался первым. Словно пинка кто дал и тут же спрятался. Протер глаза, заозирался. Что за нелепость?! Всех троих сморило сном, да в такой час! Могло ведь и дневное светило по темени дать, и зверь какой подобраться… Да мало ли что случается в Мертвых землях. А они? Ни дозорного, ни умишка! Растолкать быстрее спутников… Во сне княжич повернулся к девке и крепко обнял ее за пояс. Это всего больше разозлило Шатая. Он пихнул Власа носком сапога и, пока тот ругался, пробуждаясь, прильнул ухом к земле. – Ну, что там? Княжич хотел потянуться, да не сдюжил, схватился за бок и коротко охнул. Лекарка тут же встрепенулась: – Что? Рана открылась? Онакинулась к Власу и задрала ему рубаху до груди, а тот и не воспротивился. Влас взаправду выглядел бледнее обычного, словно вовсе не отдыхал. – Ты горишь весь! – ахнула травознайка. Она согнулась над ним, щупала живот и грудь вокруг шрамов, а Влас глядел на Шатая поверх ее головы и нахально улыбался. – Вот еще, – усмехнулся он, – я всегда такой. – Сын горной козы! – процедил Шатай. – Что лепечешь? – Сын горной козы! – раздельно повторил шлях и добавил: – Погоня. Крапива глупо переспросила: – За нами? – А за кем еще? – Что же делать? – Сражаться, – не задумываясь, ответил Шатай. – Одним мечом на троих, – добавил Влас. – Умэрэть с чэстью! – Зато очень медленно. – Я могу… – Крапива замялась. – Может, я поколдую… – Нет! – Нэт! – Ты с прошлого раза на ногах не держишься. – Вэрно. «Неужто эти двое в чем-то согласиться могут?» – удивилась лекарка. Теперь уже все видели черные точки на горизонте. Сначала они двигались с востока на запад, но скоро взяли севернее: хоть беглецы и попытались скрыться в траве, незамеченными не остались. Всадники не доехали до них всего ничего. Верст пять, не больше. Но вместо того, чтоб подстегнуть коней, принялись кричать и греметь оружием. Влас зажал ладонью розовый шрам под ребрами, тот, что оставил ему на память подземный жор: – Почему они остановились? Шатай сел и принялся чистить меч: – Они прэдлагают нам бэжать. – Дельное предложение. Негоже отказываться, – деловито кивнул Влас. – Мы нэ убэжим. Лишь позабавим их. – Они хотят, – проглотила Крапива слюну пересохшим горлом, – охотиться? На нас? – Вэрно. Мы трусы и бэглецы. Мы достойны смэрти животных, а не воинов. – Шатай говорил спокойно, словно являлся не добычей и даже не охотником, а лишь зрителем. – И что же? – Влас опустил руку Шатаю на плечо. – Не желаешь повеселить соплеменников перед смертью? – Много чэсти. Кони вставали на дыбы и бешено ржали. Им не терпелось пуститься вскачь, как и ездокам. Но разве можно напасть прежде, чем дичь бросится наутек? |