Книга Рабыня Дома Цветущей Сакуры, страница 2 – Милада Гиенко

— Амелис, — следователь тихо окликает меня. Подняв голову, быстро стираю со щек слезинки. Мужчина неловко мнется, но все же произносит: — У вас могут отобрать дом за долги.

Что?

Я едва не падаю со стула. Кажется, земля под ногами начинает качаться и кружиться.

— Дом? — повторяю слабым шепотом. — Но это ведь все, что осталось от отца…

Мой родной отец был достаточно зажиточным. У него было свое дело по выращиванию и продаже лекарственных трав. Мама всегда помогала ему и меня учила. У него была мастерская и своя лавка в нашем городке, домик и собственная земля с выходом к речке. Но после его смерти, внезапно объявились его родственники, они будто выпрыгивали из-под земли. Ни я, ни мама, никогда не видели их прежде. Но они смогли отобрать и мастерскую, и лавку, и землю с огородиком. Не осталось папиных работ, и многочисленных ваз, дорогих тканей, станков. Остался только полупустой дом. Единственное, что смогла отвоевать мама. Единственное, что я не хотела терять.

— Я не могу потерять дом! — вскакиваю с места. Упираю руки в столешницу и нависаю над ней. — У меня есть хоть какой-то шанс спасти дом и брата? Помогите мне!

Следователь поднимает голову и несколько долгих мгновений простосмотрит мне в глаза. Затем кривится, словно слова даются ему через боль, и произносит:

— Да, есть один вариант.

— Какой? — наклоняюсь, стараясь поймать взгляд человека. — Я готова на все!

— Продай себя вместо брата.

— Себя? — ошарашено замираю. Следователь кивает:

— Ты взрослая девушка, сможешь стать помощницей в доме. Готовить, убирать умеешь, с детьми посидеть сможешь.

По телу пробегает дрожь.

После смерти мамы я почти сразу пошла работать. Нанималась помощницей то к пекарю, то портному, то обувщику. Бралась за все, что предлагали. Платили мало, но опыта я набралась. Принимали меня скорее из жалости, но я всегда старалась выполнять работу хорошо, никогда не жаловалась, готова была трудиться и днем и ночью.

Ведь мне предстояло найти способ вытащить брата. Я мечтала оплатить ему образование и помочь вырваться из нашего городишки.

На себе я давно поставила крест. Какая судьба может ждать девушку? Муж, дети.

В лучшем случае, конечно.

Только на Вилана надежда. Если он уедет, то сможет со временем помочь и мне. Потому брата сейчас точно надо вытащить.

Детей обычно покупают для работы на шахтах, которыми славится наша префектура. Туда продают почти всех мужчин, которых угораздило попасть на рынок. Ведь ребенок мало что умеет, только и сгодится для механической работы.

Но… продать себя?

Что могут сделать с девушкой, оказавшейся в рабских браслетах?

— Дознаватель не отпустит Вилана, — следователь кривится и снова отводит глаза. — Мне жаль, Амелис, но денег у вашей семьи нет. Отец пропил все, до чего мог дотянуться. Ты не сможешь откупиться. Остается только отработать долг. Поверь, год — не такой уж долгий срок.

Отступаю на шаг. Затем еще на один. Под коленями оказывается стул, и я падаю на него.

Следователю легко говорить. Это не он станет бесправной игрушкой в руках покупателя.

Но с другой стороны…

Какой у меня выбор?

Брата увезут уже завтра. И как только его купят на рынке, я могу больше никогда его не увидеть.

Какое бы отвращение я не испытывала к Чжану, но вот Вилана я любила. Он единственный родной мне человек в этом мире. А еще он ребенок. Сейчас ему меньше лет, чем было мне, когда умер мой отец.