Книга Рабыня Дома Цветущей Сакуры, страница 10 – Милада Гиенко

Я знаю этот маленький городок так хорошо, что могу дойти до дома следователя с закрытыми глазами.

Меня радует, что я смогла договориться с соседкой. Она хоть и немного циничная, иногда строгая и сварливая, но хорошая женщина. Она не станет опекать Вилана, как родного внука, но ожидая оплаты, будет ему помогать по мере возможности. Мне хватит и этого.

Следователь в парадной одежде и в конусовидной шапочке, встречает меня у калитки. В его взгляде мелькает тревога, но осмотрев меня, он быстро успокаивается. Кивает мне и направляется к следующему дому по улице.

Через невысокий каменный заборчик, как любопытные дети, выглядывают большие бутоны пионов. В темноте они кажутся серыми, но пахнут так же приятно, как и днем.

Здесь живет мэр нашего маленького города. Возле калитки его дома стоит повозка. Я не сразу замечаю кто в нее запряжен, но, когда мы подходим ближе, ошеломленно замираю. Следователь даже подталкивает меня вперед ко входу во двор, а я все никак не могу отвести взгляда от двух животных. Это существа размером с коров, но больше они напоминают огромных ящериц на длинных ногах и с короткими массивными телами. Из вытянутых клыкастых пастей высовываются тонкие раздавленные языки, пробуя воздух. А глаза горят алым пламенем. Мне кажется, что звери внимательно смотрят на меня, отслеживают каждое движение, готовые напасть, хоть и выглядят абсолютно спокойными.

Раньше о такихсуществах я только слышала. Невероятно сильные и выносливые создания, способные таскать тяжести, пробираться по непроходимым горам и долго обходиться без еды и воды. В случае необходимости они даже способны охотиться для пропитания. Их выращивают специальные люди в империи и продают только в самые богатые семьи, или на нужды шахт, которые обеспечивают императорскую семью.

Говорят, что это дальние родственники самих драконов.

— Вараны, — прошептал следователь, заводя меня во двор. — Не бойся. Без приказа хозяина они не нападут.

— А он может приказать? — с ужасом вновь оглядываюсь на ящеров. Пылающие глаза все еще глядят мне вслед.

— Нет, тебя же должны выгодно продать. Зачем портить товар? — следователь шикает на меня. Останавливается, не доходя до ступеней на невысокую террасу, и готовится ждать.

Я замираю рядом с ним и бросаю взгляд на небо. Оно меняется очень быстро, но в то же время слишком плавно. Антрацитово черный цвет постепенно выцветает до серого, а потом наливается голубым. Только после этого из-за горизонта вверх карабкается цвет вишневого цветения. Сады и дома вокруг из обесцвечено-серого становятся румяно-персиковыми.

Из дома, наконец, выходят люди. Я узнаю нашего мэра. Он тоже в парадном наряде. Его длинный белый халат расшит летающими птицами, а на лице застыло благоговейное выражение лица, которое портят только синяки под глазами. Кажется, он всю ночь не спал от волнения, что ему выпала честь принимать дознавателя.

За ним выходит и сам дознаватель. Он высокий и худой. Его одежда темно-синего цвета. Даже отсюда мне видно качественное полотно и тонкую вышивку. Узкопосаженные черные глаза дознавателя делают его похожими на хищника. Мне кажутся очень неприятными его острые черты лица и длинный нос, но я склоняюсь перед ним, демонстрируя покорность.

— Это последняя? — спрашивает дознаватель сухо, подходя ближе. Тыкает меня короткой тростью в плечо, заставляя выровняться.