Книга Сердце ледяного феникса, страница 14 – Алёна Орион

Дом был пуст. Но это была не пустота бегства. Это была пустотапроветренного помещения, где всё вымыто, разложено по полочкам и приготовлено к долгой разлуке. Ни одной грязной чашки в раковине. Ни одной брошенной на стуле вещи. На полках — идеальный порядок. Это был дом человека, который знал, что уезжает надолго. И, возможно, не вернётся.

В кабинете, пахнущем воском для дерева и старой бумагой, на столе лежали те самые книги из архива. Элира открыла верхнюю — «Теория преобразования материи». На полях, дрожащим, торопливым почерком, были нацарапаны пометки. Не академические заметки, а вопли души, запертые в чернилах: «Сколько времени на один сеанс?», «Хватит ли энергии на полный цикл?», «Прости меня, Лиана. Прости».

Ласло, обыскав ящик массивного письменного стола, вытащил пачку писем, аккуратно перевязанную лентой.

— Элира. Посмотрите.

Она развернула первое. Бланк Гильдии Магов. Вежливый, сочувствующий и безжалостный отказ в помощи ввиду «крайней редкости случая и ограниченности ресурсов». Второе. Печать Храма Потерянных Богов. Слова о «непостижимой воле богов» и предложение молиться о покое души ребёнка. Третье. Сухой, казённый отказ Городского Совета: «…финансирование экспериментального лечения для одного жителя признано нецелесообразным».

Элира медленно опустила листы на полированную столешницу. В горле встал горячий, тугой ком, от которого стало трудно дышать.

— Все, — прошептала она. — Все от него отвернулись. Гильдия, храм, власти… Он стучался во все двери, просил, умолял… А ему захлопывали их перед носом. Со словами о «редкости» и «нецелесообразности».

— Он не преступник, — тихо сказала она, глядя в пустоту кабинета. — Он отец. Система, созданная для защиты людей, довела его до отчаяния. И он сделал единственное, что ещё мог. То, на что способен любой загнанный в угол зверь.

Ласло молчал. Он стоял так близко, что Элира чувствовала исходящее от него тепло сквозь ткань мундира, улавливала лёгкий, чистый запах лаванды от выстиранной рубашки. Браслет на её запястье пульсировал мягко, почти успокаивающе, связывая их в этой тихой, трагической точке.

— Если он взял артефакт для дочери, — медленно, выверяя каждое слово, начала Элира, — то где он сейчас? Деревня на севере… Ласло, Светлый Ручей. Он в пятнадцати милях от барьера.

— Достаточно близко, чтобы попытаться использовать его силу, не пересекаяграницу, — закончил он мысль. Его лицо было суровым, но в глазах уже не было гнева на вора. Было тяжёлое, взрослое понимание.

Их взгляды встретились в полумраке кабинета, освещённого лишь косым лучом заходящего солнца.

— Нам нужно туда, — сказала Элира, и в её голосе не было вопроса. — Сейчас же.

— Дорога займёт несколько часов верхом. Мы будем на месте только к завтрашнему полудню.

— Ночь в пути. Восхитительная перспектива, — усмехнулась Элира, но в её усмешке уже не было прежней язвительной колкости. Была лишь усталая готовность. — Надеюсь, вы не храпите, капитан. А то мне придётся изобретать затычку для ушей из подручных средств.

Уголок его рта — того самого, обычно плотно сжатого — дрогнул в едва уловимом движении.

— Надеюсь, вы не разговариваете во сне, мисс Торн. А то мне придётся вести двойной протокол: один — по делу, второй — по вашим ночным откровениям о свойствах корня мандрагоры.