Книга Мой первый встречный: случайная жена зельевара, страница 65 – Лариса Петровичева

— А у третьего может? — спросил Пинкипейн. Госпожа Аверн нетерпеливо махнула на него рукой.

— У третьего может, но у них не хватит знаний и опыта для таких сильных чар.

Аликан нахмурился.

— То есть, вы подозреваете кого-то из преподавателей и сотрудников.

Госпожа Аверн устало вздохнула.

— Мне неприятно это говорить, но получается, что так, — сказала она. — Я не думаю, что это кто-то из посторонних. Хотя бы потому, что в городе не найдено ниодной убитой лунной лисы. Значит, он редко выходит в город.

Воцарилась неприятная тяжелая пауза. Взгляд Кассиана сделался тяжелым и колючим, словно он прикидывал, кто именно может быть убийцей.

— У меня есть алиби на момент убийства Шеймуса, — произнес Пинкипейн. — Я заходил к доктору Даблглассу, брал лекарство от изжоги.

— И у меня тоже есть алиби, — сказал Аликан. — Я принимал поставку средств для чистки и уборки.

— Я ни в ком из вас не сомневаюсь, — решительно заявила госпожа Аверн. — Но вот в новом ректоре я не уверена. И в этой Оливии Гленн Бофорт тоже. Их настоящие планы могут в корне отличаться от того, что они сказали нам. И показали.

— Нужно выяснить, как убийца опознает лунных лис, — вздохнул Кассиан. — И это что-то простое. Не какая-то жуткая громадная установка, нет. Что-то вроде очков, в которые встроен распознающий артефакт.

Пинкипейн усмехнулся.

— У меня нет очков. А вот…

Очки госпожи Аверн сейчас покоились на ее груди, на серебристой цепочке — она сняла их и протянула Пинкипейну.

— Взгляните. Я ничего не скрываю. Можем вместе пойти к моей рабочей установке и посмотреть.

— Кстати, у Оливии есть очки, — сказала я, вспомнив, с каким удивленным презрением она рассматривала меня сквозь лорнет в нашу первую встречу.

Так, словно хотела увидеть во мне кого-то особенного. Не просто первую встречную, на которой женился ее несостоявшийся супруг.

Некоторое время мы молчали, слушая потрескивание поленьев в камине. За окном шелестел дождь — в каком-нибудь дамском романе обязательно написали бы, что это небо оплакивает Шеймуса.

Но жизнь не роман. В ней все намного больнее и горше.

— Так что нам делать? — спросил Кассиан. — Завтра утром у всех возьмут кровь. Абернати использует чары Темной луны, посмотрит на пробирки и, собственно, все. Что мы можем успеть за эти несколько часов?

Пинкипейн нахмурился. Потом прищелкнул пальцами и довольно улыбнулся.

— Кажется, у меня есть план, — произнес он и посмотрел на Кассиана. — Но мне понадобится твоя помощь, дружище.

* * *

Зелье, которое нам нужно было приготовить, принадлежало к редким и сложным — в колледже Септимуса Франка его даже не упоминали. Да и ингредиенты, из которых его предстояло готовить, я видела только в справочниках, а не на занятиях.

— План мой таков, —произнес Пинкипейн, когда мы вошли в лабораторию. Сейчас ничто не напоминало о том, что тут был взрыв. Ремонт завершили, столы расставили, даже запах гари улетучился. — Мы создаем зелье и выливаем его в общую систему вентиляции в академии. Все, кто сейчас в главном корпусе и в жилом, примут его таким вот образом. На обычных людей оно не повлияет, а вот кровь лунной лисы изменит. На двое суток!

Кассиан нахмурился. Зелье называлось Темный обман, и что-то подсказывало мне, что Кассиан еще не имел с ним дела. Или же имел, и это плохо кончилось.