Книга Замуж за врага. Проданная дракону, страница 83 – Милена Кушкина

Вскоре прямо под нами возникло огромное поле с огоньками. Они мерцали и подрагивали, будто были живыми, манили к себе.

Но мне стало не по себе в этом месте. Красивое зрелище завораживало, но отталкивало.

Дракон стал снижаться и обошел странное место по дуге. Поле огоньков было просто огромным. А мы все летели и летели.

В том месте, где оно, наконец, заканчивалось, расположилась большая каменная площадка, пригодная для взлетов и посадки сразу нескольких драконов.

Еще на подлете я заметила там других. Кто-то был один, некоторые – группами.

Реджинальд заложил вираж и мягко приземлился в стороне от остальных соплеменников. Но они на нас даже не посмотрели.

Я и охнуть не успела, как огромный дракон подо мной резко уменьшился в размерах. Спустя мгновение я оказалась в руках раскрасневшегося супруга, глаза которого еще сохраняли медовый оттенок, а зрачок не успел принять привычную форму.

– Не испугалась? – с придыханием спросил он.

Казалось, он сам в этот момент чего-то боялся и одновременно восторгался. Наверное, непривычно было летать с человеком на спине.

– Все в порядке, – поспешила ответить я и ободряюще улыбнулась, чтобы он не переживал за меня.

Реджинальд смотрел на меня с восхищением, будто не ожидал такой смелости от человечки.

– А где мы? Столько огоньков, – спросила я, с любопытством оглядываясь.

– Это кладбище драконов, – угрюмо ответил Реджинальд.

Перемена настроения мужа не укрылась от меня.

– Кладбище? – пробормотала я, глядя на мерцающие огоньки.

Странное место не выглядело мемориальным комплексом. Ни табличек, ни памятников, прославляющих героев. Только поле с огоньками. Приглядевшись, я заметила, как кое-где стояли или сидели в скорбных позах посетители.

Я была поражена, что такое прекрасное место стало вместилищем печали.

– Не похоже? – спросил Реджинальд.

От звука его голоса я вздрогнула и покачала головой.

– Где же надгробные плиты и величественные монументы? – спросила я.

– Драконы – вместилища огня. Мы приходим в этот мир яркой вспышкой, а уходим горсткой пепла. Ничего, что было важно при жизни, уже не имеет значения. Поэтому здесь нет ни имен, ни величественных памятников.

Я все еще не понимала.

– А как же память? Чтобы потомки знали, что вот здесь лежит великий полководец? – не унималась я, вспоминая наши помпезные сооружения.

– Память жива, пока есть те, кто тебя помнят, – грустно улыбнулся Реджинальд. – А после того как воспоминания стерты, остается только искра на небосводе. Однажды она снова упадет на землю и даст жизнь новому дракону.

– Как интересно у вас. Никогда бы не подумала, – смущенно пробормотала я. – У нас все совсем по-другому. Помню, когда хоронили отца, то ему поставили шикарный памятник с его портретом во весь рост, оркестр играл торжественную музыку. А мама больше всего расстраивалась, что не получилось похоронить отца в военной форме, потому что он где-то потерял мундир. Тогда почему-то это казалось очень важным.

От воспоминаний об отце болезненно сжалось сердце. Моя жизнь сложилась бы совершенно иначе, если бы не его нелепая смерть два года назад. Тогда до окончания войны оставалось совсем немного.

Погруженные каждый в свои мысли, мы медленно спустились с площадки, дав место для посадки другомудракону.

– Почему мы прилетели именно сюда? – спросила я, чтобы перевести тему разговора и прервать тягостное молчание.