Книга Замуж за врага. Его (не) любимая, страница 101 – Юлия Марлин

Битва? А это, значит, магический сон северян развеялся!

Девушка открыла глаза и глухо пискнула. Холодный металл в эту самую секунду летел прямо в голову. Неожиданно грубое одноручное лезвие столкнулось с незримой преградой, высекая фонтан раскаленных искр. Ее прикрыл высокий воин.

— Святослав?

Несколько точных росчерков клинка и противник в черной маске беззвучно рухнул. Святослав перебросил клинок в левую руку и склонился к Софии.

Он выглядел обеспокоенно, что-то говорил, но она не слышала. Ее трясло от пережитого, руки дрожали, и все же от княжны не ускользнула бесстрашная сила и неожиданно яркая красота Посланника, которую прежде она даже не замечала. Северянин тряхнул головой — с черных волос посыпались брызги. Мокрые волосы обрамили его лицо, подчеркнув благородный овал лица, высокий лоб, ровный нос и тонкую линию губ. Рубаха, облепив стройное тело, обрисовала стальные мускулы груди и живота, подчеркнула рельефные мускулы предплечий.

— Вы ранены?

В яростном шуме битвы приятный баритон едва было слышно.

— Задело мечом?

Она отрицательно покачала головой. Святослав вернул меч в ножны и подхватил ее на руки.

— Я верну вас в укрытие.

Десяток шагов к крыльцу — всего ничего. Но даже за этот короткий миг заложница, выглядывая из-за мужского плеча, заметила, как в ночной полумгле яростно сражаются Словен и Тис; справа суровый воевода Добрыня отражал натиск троих у торца. Чуть дальше Юрий и Рогнед, обратившись хладнокровными глыбами камня, сминали клин наемников в переулке.

Князь внес ее в ближайшую залу и окликнул:

— Олег!

Мокрый, обрызганный кровью, воин предстал перед командиром.

— Не спускать с княжны глаз! Охраняешь ее ценой жизни! Запритесь изнутри, София, — шепнул напоследок и нырнул обратно в дождь.

… Милонег присоединился к княжне и Олегу на лестнице в келью. Мальчик выскочил из гостиной с кухонным ножом и бросился с криками:

— София!

Олег со вздохом облегчения что-то сказал на языке жестов и повлек за собой.

— Знаю, прости, — ребенок потупился, — просто хотел помочь.

Олег устроил княжну на кровати и, получив обещание, что она не выпустит Милонега за порог, благодарно кивнул, стер с лица чужую кровь и шумно захлопнул дверь. Ребенок прильнул к ней и захлюпал носом.

София медленно приходила в себя. Ей только предстояло осмыслить пережитое и разобраться, как удалось уцелеть после соприкосновения с силой божественного клинка. Но это — потом, сейчас мысли захватила смертельная битва.

Звон холодной стали метался по улицам и переулкам четверть часа и затих.

Едва передвигая ногами, девушка сползла с кровати и прильнула к окну, всматриваясь в ночной полумрак. Кроме пелены и густого дыма ничего не увидела. К облегчению, через минуту дверь вздрогнула от ударов.

— София, откройте!

Святослав!

Шумно выдохнув, заложница бросилась к замку и, когда северянин вошел, на секунду перестала дышать. Жив! О большем счастье невозможно мечтать!

Князь стоял на пороге против света; было неясно ранен он или нет. И, тем более, она не видела, как заблестели синие внимательные глаза, как расцвела на мужских губах полуулыбка. Он приложил руку к сердцу.

— Благодарю, леэй. Обитель перед вами в долгу.

На северном вэльском «лейэ» значило — высокородная госпожа Лейда, как леэйр — высокородный господин; так обращались только к высшим аристократам и членам княжеской семьи. Он только что признал заложницу равной себе, равной Дому Серебряного Волка. София растерялась от столь высокой чести.