Онлайн книга «Солнце, уснувшее в ладонях ведьмы»
|
– Но я хочу понять сейчас! – упрямо дёрнула ногами я. – Сейчас для этого не время, зато сейчас время… – Она посмотрела на часына каминной полке, сделала круглые глаза и с восхищением посмотрела на меня. – Время эклеров с заварным кремом! Что скажешь? Я радостно завизжала. Солнце разбудило меня почти таким же ласковым теплом, какое мне снилось. Я открыла глаза и перевернулась на спину, с трудом осознавая, кто я и где. Узкая койка и запах трав подсказывали, что я нахожусь в больничном крыле. Солнечный луч проникал сквозь щель в белых шторах, отгораживающих кровать от посторонних глаз, и узкой золотой полосой лежал на одеяле и подушке. На прикроватной тумбочке стоял прозрачный кувшин с водой и пустой стакан. Я села, прислушиваясь к ощущениям в теле. Чувствовала я себя… прекрасно. Будто и не болела совсем, разве что голова была тяжёлой, как после дневного сна, но и это ощущение быстро отступало. Я потёрла лицо, вздохнула и покосилась на пустую половину койки. Мне приснилось или… Шторка отдёрнулась, и меня затопило солнце, заставляя зажмуриться и прикрыться рукой. – Проснулась, дорогуша! – воскликнула миссис Никс. И я разлепила один глаз, чтобы рассмотреть её приземистую фигуру в белом чепце. Она поправила круглые очки в тонкой оправе и поставила на тумбочку поднос с овсяной кашей и тостом, на котором медленно таял кубик масла. От одного взгляда на еду рот наполнился слюной, а пустой желудок болезненно сжался. – Напугала же ты нас, Кэтти! Я уж думала, что придётся вести тебя на Большую землю. – Она понизила голос. – Мисс Гримм уже даже грешила на проклятие, но благо никаких следов магии тесты не показали, но я всё равно перепроверила несколько раз, чтобы убедиться наверняка. И эта лихорадка! Я уже все травы перепробовала! Слава Потоку, к понедельнику тебе стало легче, думаю, что настойка… Я сделала круглые глаза. – Сегодня понедельник? Миссис Никс сочувственно закивала и налила в стакан воды. – Ты промучилась в лихорадке два дня, дорогуша. Температура спала только сегодня к утру. Ума не приложу, что с тобой стряслось. Я перестала слышать щебет миссис Никс, утонув в собственных мыслях. Нахмурилась, пытаясь вспомнить хоть что-то. Я легла спать в своей комнате, это точно. Потом ко мне зашла Анна, я с ней спорила о чём-то, потом… – А Кай?.. – начала я, но осеклась. – Кто? – Миссис Никс вскинула брови и наклонила голову, словно не расслышала. – Кто… кто-то навещал меня? – О, твоя подруга от тебяне отходила, – расплылась в улыбке миссис Никс. – Даже спала тут. Пришлось её выставить вон, чтобы не пришлось выхаживать двух больных. Я удивилась. – Мэй? – Она же должна быть в Терсо. – Мэй? – не меньше меня удивилась миссис Никс. – Нет, Анна. Анна Барнетт. Замечательная девочка, такая вежливая. Я моргнула, ничего не понимая. – Ладно… А кроме неё? Никто не заходил? Ночью. – Никто, моя дорогая. Ночью посещения запрещены. – Она похлопала меня по плечу и кивнула на поднос. – Поешь хорошенько и выпей вот это лекарство. – Она придвинула ближе к краю подноса зелье в маленькой чайной чашке. – А я пойду напишу тебе освобождение от занятий, скажем, на недельку? – Она подмигнула и семенящим шагом скрылась за шторкой. Я проводила её растерянным взглядом. Мне же не могло присниться, что тут был Кай? Что он… Щёки вспыхнули от воспоминаний о его обнажённой коже, прильнувшей к моей спине, о его осторожной руке на моём животе. Я задохнулась от смущения и прижала ладони к груди, в которой вдруг стало горячо и тесно. Меня сложно было назвать стеснительной. Ни телесную, ни сексуальную близость я никогда не считала чем-то постыдным или… особенным. Это Мэй краснела от одной мысли о мужчине в своей постели и бережно хранила себя для того единственного. Для меня же тело всегда значило ничтожно мало, особенно после того, что сделал с ним Надзор. Думаю, даже Генри был гораздо романтичнее меня, когда дело касалось близости. А тут ничего даже не случилось. Так почему же я краснела и смущалась? |