Книга Право первой ночи, или Королям не отказывают, страница 74 – Лена Хейди

Мысли о Николасе Блэксмите плеснули в мою душу ядрёную смесь из тихой ярости и решимости разобраться со всеми моими врагами.

Не знаю, что в этот момент отразилось на моём лице, но собравшиеся за столом придворные резко притихли.

Подняв глаза, обнаружил, что потолок надо мной мягко искрился, а большая люстра подрагивала от колебаний невидимых волн. Это я неосознанно выпустил частичку своей королевской магии.

Что ж, пришло время начинать поминальный ужин.

Будь на моём месте король Эдуард, он, не поднимаясь с трона, махнул бы рукой, и все придворные послушно бы встали. Ещё один взмах — сели. Новый взмах уже другой рукой — и все приступили бы к трапезе.

Но я не рискнул проделывать все эти манипуляции.

Был уверен, что не все аристократы поднимутся по мановению моей руки. Дарк бы точно не встал. И Рональд. И все лояльные им министры.

Тогда мне пришлось бы вступать с ними в открытый конфликт, к которому я ещё не был готов, либо проигнорировать их поведение, показав тем самым свою слабость.

Поэтому я поступил иначе.

Сам поднялся с трона и провозгласил:

— Дорогие граждане Айгории! Давайте встанем и почтим память короля Эдуарда Великого минутой молчания!

Глаза Дарка превратились в две узкие щёлочки-бойницы, откуда он вёл огонь на поражение моей персоны.

Но ему ничего не оставалось делать, как встать. Если бы остался сидеть — это было бы вопиющим фактом пренебрежения к почившему монарху, одно имя которого до сих пор вызывало во всех трепет.

Вслед за ним поднялись его жена, Рональд и все остальные его сторонники.

Что ж, счёт был три–один в мою пользу.

В полной тишине перевёл взгляд на портрет Эдуарда Великого.

Отец бы мной гордился…

Рэйвен

После минуты молчания я опустился на трон. Все остальные тоже сели.

Дальше поминальный ужин потёк своим чередом. Аристократы приступили к трапезе, и один за другим стали произносить речи в честь усопшего короля — каким он был замечательным, как много сделал для страны и для каждого из них лично.

Речь Дарка была краткой и полной намёков. Мол, он твёрдо намерен вести страну к дальнейшему процветанию, и армия ему в этом поможет.

Рональд выразился тоже немногословно. Напустил на лицо вселенскую скорбь и сокрушённо поведал, как сильно ему будет не хватать отца. Подчеркнул, что всегда был его любимым сыном и всю свою жизнь ощущал отцовскую поддержку.

Я надеялся, что на этом все неприятные сюрпризы закончатся.

Но судьба распорядилась иначе.

Один из официантов — худощавый парень лет восемнадцати — так нервничал, что нечаянно перевернул мой бокал с земляничным соком.

Можно сказать, тем самым он спас мне жизнь.

— Ой, простите, извините, — пролепетал он в полуобморочном состоянии.

Едва алая жидкость пролилась на белую накрахмаленную скатерть, то сразу окрасилась в фиолетовый цвет. Явный признак того, что напиток был отравлен ядом циркуты. Именно он даёт такой выразительный оттенок, вступая в реакцию с крахмалом.

Выпив это пойло, я бы даже ничего не почувствовал. А вот ночью, во время сна, наступила бы остановка дыхания. Уверен, это списали бы на стресс от потери отца.

Меньше всего мне был нужен скандал на этом мероприятии.

Придворные должны думать, что всё идёт своим чередом, и что никто не пытается отравить бастарда, объявившего себя правителем ещё до коронации.