Книга Вы (влюбитесь) пожалеете, господин Хантли!, страница 36 – Екатерина Ильинская

Я потянулась за тетрадью, куда записывала предсказания, полистала страницы и вспомнила. Ремонт карет! В редакции, видимо, перепутали адрес, а карты показали, что там питомник. То, что нужно!

Быстро отыскав объявление, я переписала номер дома на листок и успокоилась относительно судьбы коббарры. В питомнике о ней точно позаботятся, а я буду спокойно спать по ночам.

Оставалось только записать в тетрадь предсказание, сделанное в кофейне, и идти проверять, что там с моими стульями и креслами. Так я и поступила.

Мебель занесли и расставили быстро. Не прошло и часа, как дом перестал казаться таким пустым и нежилым. А главное, я теперь могла сидеть не только на кровати! Никогда бы не поверила, что наличие кресла подарит мне столько счастья. Но сегодняшний день уже побил все рекорды по странным поводам для радости: появление и помощь Хантли, раннее открытие отлова, теперь вот кресло. А самой большой радостью будет избавиться от змеи! В голову пришла неожиданная идея, и я обратилась к мужчинам:

— Господа, а вам, случайно, не нужен экзотический питомец? — Я добавила в голос вдохновения, чтобы заинтересовать возможных избавителей. — Очень редкий, очень красивый, совершенно необременительный, — мысленно я понадеялась, что это так и есть, — и неядовитый.

Мужчины, до этого с интересом меня слушавшие, помрачнели.

— Змея, что ли? — спросил старший из них.

— Миларская пушистая коббарра, — уверенно ответила я. — Вот тут — в ящике. Можете посмотреть.

Старший подошёл, опустился на корточки и откинул крышку.

— Это змея, — сказал он.

— Змея, — с усталым вздохом согласилась я, — но не простая! Она воздействует на эмоции, может успокаивать жерт… — повторила по памятислова господина Голдброна из отлова, и только потом поняла, что именно говорю.

— Успокаивает жертву, кусает и ждёт, пока та подохнет, — закончил за меня несостоявшийся покупатель. — Нет, спасибо! С этаким питомцем страшно дома оставаться.

Тут я была с мужчиной полностью согласна и настаивать дальше не стала. Просто закрыла крышку ящика, проверила в кармане платья бумажку с адресом питомника и расплатилась за работу.

Распрощавшись с грузчиками, я сразу же села в кресло. Потом во второе, затем на стул, на ещё один стул. В общем, пересидела на всём, что мне привезли, и что предназначалось для сидения. Отлично! Всё было удобно, красиво и функционально. То, что нужно! Домашние дела были закончены, и можно было отправляться искать место, где с радостью примут к себе змею.

Коробка с коббаррой как будто стала ещё тяжелее. Или это мне просто надоело с ней таскаться? Но делать было нечего. Толкнув ногой дверь и убедившись, что она за мной захлопнулась, я побрела в сторону Книжной 124, горячо надеясь найти там приют для животных, а не ремонт карет. Увы, надежды не оправдались.

Вывеска на здании гласила «Четыре колеса» и с животными ничего общего не имела. За широко распахнутыми дверями виднелись несколько снятых с колёс карет, разложенные на полу запчасти, инструменты (я узнала только молоток), палки (или это тоже были инструменты?), тряпки, банки, доски… У стены стояло несколько лестниц. Из-под ближайшей кареты раздавался стук и незамысловатая песенка. Которую напевал явно женский голос. Женщина ремонтирует кареты?

Делать нам с коббаррой тут было нечего, но и уйти я не могла — предстоял визит в мэрию. Не тащить же туда ящик со змеёй? Может, поющая под каретой девушка знает, где в городе есть приют для животных.