Книга Вы (влюбитесь) пожалеете, господин Хантли!, страница 173 – Екатерина Ильинская

— Я видела только неясный силуэт. Но мне кажется, у него были крылья.

— Какой формы?

— Не уверена, что она у них вообще была. Какие-то два сгустка тьмы за спиной.

— Ты сказала за спиной. Значит, всё же что-то видела. Опиши силуэт.

Я потёрла виски, пытаясь вызвать образ того, кто показался во мраке. Но сложить обрывки воспоминаний и убрать собственный ужас, дорисовывающий лишние элементы, было сложно.

— Давай по порядку. — Грейс выглядела собранной, и это успокаивало. Она явно знала про мрак больше, чем я. — Сколько конечностей было у этого существ?

— А-а?

А может, и не знала. Что за дурацкий вопрос? Но он хотя бы привёл меня в чувства.

— Четыре, конечно.

— Хорошо, — обрадовалась Грейс. — Четыре лапы и крылья — это уже кое-что.

— Погоди. Не лапы.

Откуда она взяла про лапы? Что она вообще себе вообразила?

— Что тогда? Щупальца? — Грейс смотрела очень серьёзно, иначе я подумала бы, что она так шутит. Какие, к дирху, щупальца⁈ Что за ужас водится в этом их мраке⁈

— Две ноги, две руки, — чётко ответила я, чтобы внести окончательную ясность.

— А глаза? Были глаза?

Пресветлая Лейна, там что, и безглазые бывают? Сейчас монстры, которых насылала на меня фликсия, вдруг представились безобидными пушистиками. Да и сама фликсия, вдруг стала казаться почти очаровательной.

— Да! — выкрикнула я. — Глаза были!

Воспоминания о взгляде существа из мрака, снова обожгли душу.

— Чёрные. Жуткие. Похожие на… — Я замолчала.

— На глаза Осборна? — без слов поняла Грейс.

— Только у этого существа они отливали красным.

— А говорила, ничего не помнишь, — улыбнулась Грейс. Кажется, от моего ответа ей полегчало, хотя я не могла понять почему.

— Найди Осборна,— попросила Грейс, кивнув на шар, но я покачала головой.

— Я была бы рада помочь, но не могу. Всё, что я могла увидеть, я уже увидела.

— Это срочно. И я хорошо заплачу. — Девушка словно не услышала меня.

— А ты сама не можете предположить, где он?

Внутри затеплилась надежда, что Грейс успеет предупредить ловчего, а там, глядишь, судьба и изменится. Но её ответ не порадовал.

— Понятия не имею. Найдёшь Осборна, и я заплачу любую сумму.

Грейс подняла на меня горящий взгляд, и я испытала ту же боль, что и она, но совсем ничего не могла сделать. Разве что сойти с ума в попытке пройти там, куда предсказателям заглядывать не следовало. Вот только никому это не поможет.

— Прости, но я вынуждена отказать, — твёрдо ответила я.

— У меня заглянуть в эту штуку точно не выйдет? — спросила Грейс, но по лицу было понятно, что она не рассчитывает на положительный ответ. Я только покачала головой.

Монетки звякнули и рассыпались по столу, когда посетительница не глядя достала горсть из кармана. И когда она уже была в дверях, я не удержалась и крикнула.

— Грейс! Я не ошиблась, но это не значит, что всё предрешено, и от нас ничего не зависит. Я желаю тебе переломить волю Ошура. Редко, но такое случается.

Девушка обернулась и кивнула. В глазах её плескалась решимость. И я отчаянно желала ей победить в этой борьбе.

Дождь лил и лил. День, второй, третий. Я вся измучилась от неизвестности, не понимая, что мне предпринять, куда бежать и кого спасать. Судя по заголовкам статей жизнь в городе бурлила: накрыли подпольное производство артефактов, успешно отлавливали цирковых животных, мэр снова уехал в Брейвиль — и от этой новости мне полегчало. Ни слова в «Вестнике» не было о Сандре, Девенике или Лейралии. Ничего о ловчем мрака. Зато очень много писали о предстоящем бале.