Книга Хитрожопый киборг, страница 37 – Аманда Майло

— Создатель, — рычу я, утыкаясь подбородком в ее плечо, вдавливая бороду в ее кожу.

Дыхание Бекки становится прерывистым, и ее тело совершает медленные покачивания взад-вперед, которые кажутся изучающими, и заставляют меня отодвинуть лицо достаточно далеко, чтобы я мог наблюдать. Она по большей части все еще под одеялом, но наши тела приклеены друг к другу, и хотя ее глаза остаются закрытыми, она выглядит расстроенной, лоб прорезает морщинка.

У меня перехватывает дыхание, когда с толчком мой писающий орган, зажатый тканью, проскальзывает между ее бедер и застревает там, прижатый к ткани ее ночной рубашки и пойманный в ловушку моим нижним бельем. Она издает тихое ворчание. И затем мои глаза расширяются, когда она совершенно очевидно приглашает меня к размножению, протягивая руку назад и обхватывая выпуклость напрягшегося члена.

— Бекки! — я кашляю ей в волосы, сильно прижимаясь бедрами, хватая ее за руку.

Она замирает.

Я рычу и, к своему шоку, прижимаюсь ртом к ее шее, позволяя почувствовать мои зубы, призывая ее продолжать то, что она задумала.

Мое рычание, кажется, успокаивает ее. Либо это, либо она реагирует на собственническую хватку моего рта на ее плоти. Сонными движениями она зацепляет большим пальцем мои боксеры и стягивает их вниз. Не совсем освобождая мой писающий орган, но это явное приглашение — и это все, что мне нужно.

Я стягиваю нижнее белье до конца и шарю в поисках подола ее ночной рубашки. Но не могу.

В отчаянии я сдергиваю одеяло с нас обоих. Бекки ахает и начинает садиться, но мое поле зрения теперь свободно, и я принимаюсь за дело: задираю ее ночную рубашку, обнажая изгиб неожиданноаппетитной попки, и сильным толчком бедер моя эрекция снова толкается между ее мягкими, горячими ягодицами, надеясь проникнуть внутрь, на этот раз беспрепятственно.

Ее тело становится твердым, как камень.

Ее мозг бурлит от активности.

На этот раз я не считываю ничего. Обхватывая рукой набухший живот, я прижимаю ее ближе и протискиваю свой писающий орган туда, где, как я инстинктивно знаю, находится моя цель.

Мое внимание мгновенно сужается. Все, что я осознаю, — это наше соединение. Впервые за всю свою жизнь я испытываю ощущение растягивания увлажненных половых губ и наслаждаюсь тем чудом, что они плотно сжимаются над головкой моего члена. Не в силах сдержаться, я оскаливаюсь.

Бекки издает сдавленный вздох, и, склонившись над ней, я ругаюсь. Чертовы океаны. Она ощущается невероятно. Ее стенки сжимают меня еще крепче, подталкивая войти глубже.

Я как-то сказал ей, что мой народ спаривается с помощью стерильного и высокоразвитого процесса соединения генетического материала. В том, чем мы с Бекки занимаемся в настоящее время, нет ничего стерильного. То, что я делаю с ней, тоже не высокоразвито. Ни в малейшей степени.

И все же это самая удивительная вещь, которую я когда-либо делал. Возможно, самое невероятное открытие в моей жизни. Я двигаю бедрами и толкаюсь вперед, погружаясь на дюйм глубже. Повторяю движение, отступая и погружаясь глубже между ее ног с каждым последующим толчком. Влажный жар приветствует меня, такой приятный, что я вынужден закрыть глаза от блаженства.

Она божественна.

Из ее горла я слышу странный хриплый звук, и она прерывисто выдыхает.

Я хватаю ее за бедро и погружаюсь глубже.