Книга Наследник для зверя, страница 48 – Анна Владимирова

— Ну как, твой день уже лучше вчерашнего? — усмехнулся Харт, нажимая кнопку лифта.

— Очень злая шутка, господин прокурор, — закатила я глаза.

— Прости, — посторонился он, пропуская меня в лифт.

— Тебе так легко просить прощения…

— А что в этом сложного?

— Реально сожалеть?

— Я сожалею.

Мы снова остались на несколько секунд в тишине, глаза в глаза.

— Может, проще не совершать того, за что придется просить прощения?

— Значит, не проще…

…Квартира ему явно пришлась не по вкусу. Харт замер на пороге, осматриваясь в тесном коридоре, но стойко молчал. Потом ему позвонили, и он вообще надолго оставил меня наедине с собой, и я удалилась в спальню.

Ну и что мне тут собирать? Как в командировку на неделю? Или стажировку на месяц?

Пройдя к окну, я вытащила мобильный и набрала Вилму. Та так и не ответила на мое сообщение, но трубку взяла.

— Донна…

— Добрый день. Ты мне не ответила…

— Я закрыла твое дело вчера. Ты разве не в курсе?

— В смысле зарыла? — опустилась я ошалело на кровать.

— В этом варианте ловить уже нечего. Надо думать, что делать.

— И долго думать? — С трудом удалось моргнуть и вообще хоть как-то пошевелиться, потому что это было неожиданно. — Почему ты закрыла дело, даже не спросив меня? — Потихоньку кровь возвращалась к голове. — У меня тоже есть понимание о процессе, и самое верное было бы просить отложить дело…

— Донна, хватит, — вдруг жестко перебила она меня. — Ты сделала все наоборот, а теперь требуешь от меня согласования с тобой? А ты согласовала свое заявление в прессе, прежде чем его делать? Не надо мне говорить об этике.

И она бросила трубку.

— Ты знал, что адвокатподписала за меня бумаги? — подняла я на него взгляд, когда он обошел кровать.

— Да, — он замер, сложив руки в карманы джинсов, осматриваясь. — А у тебя тут уютно.

— Почему не сказал? — проигнорировала я комплимент.

— Хотелось сделать перерыв в... твоих дерганиях, но все равно не вышло, — пожал он плечами.

— Все бесполезно, да?

Я запрокинула обреченно голову и закрыла глаза.

— Почему?

Пришлось вернуть на него взгляд, иначе как бы я сообщила ему без слов, как ненавижу. Только сообщить не вышло. Я снова угодила в бездну, но не такую, как вчера. Сегодня его взгляд немного просветлел, но все равно обжигал холодной решимостью.

— Потому что даже адвоката у меня нет.

— Почему ты не хочешь дать мне шанс?

Мы говорили тихо охрипшими голосами, будто впервые не кричали, и эта тишина, казалось, гладила встопорщенные нервы, давая передышку.

— А ты ни разу не просил. Ты только приказываешь и указываешь.

— А если попрошу?

— Попробуй.

Я смотрела ему в глаза, не моргая. Сейчас это было просто, потому что взглядом он уже просил, едва ли не стоя на коленях. Это внешне все еще смотрел на меня свысока…

— Дай мне шанс.

— А если ты не оправдаешь этот шанс? Тогда что?

Он тяжело сглотнул, прожигая меня напряженным взглядом.

— Тогда отпущу. — Его голос стал еще тише, но не потерял силы. — Дай мне время…

— Две недели.

Мое условие ударило по нему — взгляд дрогнул, глаза блеснули сомнением. Но такие, как Харт, не отступают. Такие только давят на педаль скорости.

— Хорошо. Мои условия такие, — и он опустился передо мной на колени: — Ты перестаешь звонить адвокатам.

— Ну это логично, если ты собираешься сдержать обещание, — сощурилась я. — Еще какие условия?