Онлайн книга «Наследник для зверя»
|
— Донна… я замерзаю… Она вздохнула, перевернулась на подгибающие лапы и, тяжело поднявшись, поплелась к двери. Я направился следом, помог ей позаботиться о человеческой ипостаси — вскарабкаться на диван в гостиной — и направился в кухню сварить кофе. — Доброе утро, — прокряхтела она сонно от входа, кутаясь в плед, что я ей всегда оставлял. — Привет, — обернулся от кофеварки. — Как ты? — Хорошо, — улыбалась она. — Выспалась. И очень хочу, чтобы теперь и ты выспался… Я позволил себе обнять ее лишь коротко — боялся задушить своей бездонной тоской. Только в звере отдавался порывам, пока она не видит… Донна задержалась рукой на моей шее и не позволила сбежать за кофе: — …Рон, тебе надо принять, что ты не можешь всегда быть рядом, — заглянула она в мои глаза, и во рту враз пересохло. — Я не смогу, — нахмурился и, более не ограничивая себя, сгреб ее в объятья и усадил к себе на колени. — Мы тебя раздавим, — заерзала Донна, но я не пустил: — Вы все очень маленькие, чтобы меня раздавить, — усмехнулся. — Рон… — Я не смогу. Даже не хочу пытаться, Донна… Пальцы скользнули под плед, и я зажмурился от удовольствия, осторожно оглаживая живот. — Не буди, — улыбнулась она. — Когда они там уже? Выложу вас всех на кровати кучкой и буду любоваться. Донна прыснула и поцеловала меня в щеку: — Иди спать, папа-кот… Я тоже тебя люблю. А я замер с ней в руках обескуражено... Неужели?.. — Черт, я был уверен, что могу высказать тебе все... — Ты все еще можешь, — довольно зажмурилась она. — Иди... Не знаю, сколько прошло... только выспаться мне так и не удалось: — Рон… — То, что голос Донны непривычно взволнован, дошло не сразу. — Рон, кажется, им понравилась твоя идея… — Какая? — пробурчал сонно, пытаясь не уснуть снова. — Выложить нас всех на кровати… Поехали в больницу… Эпилог Сначала я переживала, что двойня —для меня перебор. Но теперь, видя, как перетаскивают бабушки-дедушки себе детей из рук в руки, стало казаться, что не так уж и много. — Ты как? — шепнул Рон мне на ухо в очередной раз. — Не устала? — Я же ничего не делаю, — улыбнулась и обняла его за шею. В гостиной было необычайно уютно. С этим домом предстояло расстаться, но пока что я наслаждалась теплом, что он дарил, и компанией, которая собралась здесь полюбоваться на наших детей. Близнецам была неделя, когда Верд выпустил нас из больницы. Рон бросил все дела и даже трубку ни разу не поднял на рабочие звонки, пока мы рожали и лежали в палате. Наверное, это были лучшие дни в нашей с ним жизни — никаких разногласий и расставаний, полностью поглощенные друг другом и детьми. Сейчас, глядя, как малыши ходят по рукам, я испытывала звериное раздражение и ревность. Но позволяла своему зверю высказываться, сколько влезет. Внутри. Я же понимала, что Рон скоро снова вернется к работе, а мне понадобится помощь. — Интересно, а они оба будут как ты? — вздохнула я, млея от удовольствия. С одной стороны меня грело пламя от камина, с другой — тепло любмого мужчины. — Нет. Кристина будет как ты — в пятнышках. А Лайонел — черный. — Здорово! — восхитилась я. — И как ты это видишь? — Это не я, это мой зверь, — прижал он меня к себе. Мы замолчали, любуясь происходящим. Элтон фонтанировал эмоциями на пониженных тонах, чтобы не испугать малышей, мать Рона и моя тихо умилялись, обмениваясь улыбками. Даже мой суровый папа тихо таял, украдкой капая воском. Когда наши с ним взгляды встречались, мы улыбались друг другу. — Я рада, что Ронни осталась, — перевела я взгляд на еще одну гостью. Ронни вежливо улыбалась, стараясь привыкнуть к новой семье так же, как и я. Все время она по-прежнему посвящала Эрику, хотя Рон тоже старался участвовать в жизни мальчика, насколько мог. Мы собирались за ужином через день, и Рон уделял Эрику все это время, а я с удовольствием беседовала с Ронни. Иногда к ужину приезжал Элтон, и становилось еще теплей. Мы стали близки с Ронни за это время, и эта удивительная человеческая женщина заняла особенное место в моем сердце. Она была примером для подражания. В своих нелегких родах я постоянно думала о ней, вспоминалаее черты, слова… Она будто держала меня и не позволяла поддаваться панике. Я не говорила ей об этом — она не знала, как относиться к тому, что к ней привязывается еще кто-то кроме Эрика. Пусть сначала до конца решит, что они нужны друг другу, а потом, может, и я признаюсь ей, как благодарна судьбе за нашу встречу. — А я удивлен, что вы с ней стали так близки, — вздохнул Рон. — Ты вообще меня удивляешь, Донна… И это нравится. — А ты — меня, — улыбнулась я. — Осталось только разложить вас на кровати… — Веселая будет ночка… Тут я подумала, что надо бы договориться со зверем и не уйти гулять, бросив Рона одного с малявками. Но откуда-то изнутри возмущенно рыкнули: «С ума сошла! Куда тут уйдешь? Как он с ними без нас?». Я улыбнулась и мысленно поблагодарила ту другую часть себя за мудрость и спокойствие. Зверь довольно зажмурился, и в солнечном сплетении потеплело еще больше… |