Книга Перья столь порочные, страница 133 – Лив Зандер

Но никогда не его избранной.

Никогда не достойной его любви, готовой умереть за любовь.

Страдание захлестнуло грудь, я закрыла глаза, чтобы не заплакать от того, что никто никогда по-настоящему меня не хотел. Ни отец, ни мать, ни Себиан. Почему я никогда не была достойна любви? Не была достойна поцелуя? Не была…

Малир проскользнул по моим губам с легким выдохом. Его рот приблизился к моему, пальцы впились в волосы.

И тогда это произошло.

Глубокий и поглощающий поцелуй, его рот склонился к моему в темноте закрытых глаз, вызвав вспышку жара в теле. Тёплый, влажный язык раздвинул мои губы, прежде чем проникнуть внутрь, принося с собой вкус ягод, смешанный с его ароматом лемонграсса и лепестков роз.

Поцелуй.

Настоящий поцелуй.

Малир был сладким и тёмным на вкус, как последняя ежевика на заснеженной ветке: обещая чистое наслаждение в один момент, но угрожая падением, гниением и смертью в следующий. Он охватил всё моё существо. Бросил меня с этого утёса в омут своих теней, утопив в потоке удовлетворения. В этот момент я бы с радостью задохнулась на его губах.

К тому времени, как его рот оттаял от моего, и я открыла глаза, весь мир перед глазами заполнили чёрно-белые мушки, всё кружилось. Опасное желание скользнуло за грудью, распространившись по всему телу, пока в мозгу не появился проблеск рассудка.

Это плохо… Очень плохо.

Малир провёл рукой от моей щеки к подбородку, крепко схватив его, глядя на меня с приподнятой бровью.

— Так внезапно побледнела, маленькая белая голубка?

Сердце бешено билось у горла, тошнота снова поднялась, ещё сильнее, когда я вырвалась из объятий Малирa и села.

— Просто голова закружилась. Всё в порядке.

Но на самом деле всё было далеко не в порядке. Я падала.

Я поднялась слишком резко, покачиваясь на ватных ногах, пытаясь удержаться.

— Нам стоит возвратиться.

— Хм, почему меня не удивляет твоё внезапное желание уйти? — Малир рукой обвил мою талию, удерживая. — De’inde, Лиуал! De’inde!

Едва он произнёс эти слова, как Лиуал подошёл к нам, где мирно пасся. Малир снова обхватил мою талию и поднял меня в седло.

— Теперь тебе стоит держаться за стремена, по крайней мере, пока я не подготовлю его, — сказал он, надевая уздечку на голову лошади. Снова сел за мной в седле, одной рукой удерживая мою талию, другой — поводья. — Ты опять от меня убегаешь?

Как я могла не убегать? Я была готова ко многому, но не к этому. Не к этому…

— Зачем столько усилий? — я взглянула на его руку, что держала меня, голова кружилась, сердце бешено стучало. — Даже при шаге я как будто сама оказалась у тебя на руках, как ты и сказал.

Щелчком языка Малир заставил Лиуала идти шагом, отводя нас от утёса.

— И разве это такое уж ужасное место?

— Нет. — Весь день в его объятиях была какая-то безопасность, которой там не должно было быть. — Не до того момента, пока они снова не причинят мне боль.

— Как и будет, — сказал он. — Иначе как бы мне примириться с тем, что я поцеловал тебя, а? Как моё тело жаждет твоего? Как я доставлял тебе удовольствие своим ртом? Как я трачу… слишком много часов, наблюдая за тобой, раздражающе зацикливаясь на тебе без смысла или причины?

Отчаянное трепетание в груди пробежало вдоль рёбер, словно взмахи крыльев, вызывая такое колебание неохотной веры, что я повернулась в седле, чтобы посмотреть на него.