Книга Сильверсмит, страница 38 – Л. Дж. Кларен

Смит показал мне уязвимые места на теле противника: виски, глаза, нос, горло… если достану. Если нет, то грудь и, конечно, пах, но практиковать этот удар с ним я отказалась.

За ужином я съела все, что он положил передо мной: стручковую фасоль, картошку, еще один стейк из оленины и даже сладкий сыр на теплой, зернистой булочке, с трудом сдерживая стон удовольствия. Я была слишком голодна, слишком устала, чтобы сказать ему «нет».

На следующий день все повторилось. Я проснулась на рассвете, готовая к новой тренировке со Смитом, теперь уже с большей радостью, чем тревогой. Я боялась боли и усталости, но принимала их, ведь ощущение, что я наконец делаю что-то, а не просто сижу одна в доме, было бесценно.

Для разминки Смит велел мне пробежать десять кругов по краю поляны. Вскоре, сказал он, я буду бегать полчаса без остановки. Потом — час. А потом и больше. В это с трудом верилось, потому что уже на третьем круге меня едва не вывернуло от завтрака, но, по его словам, если я буду давать телу все, что нужно — пищу и воду, — то вскоре смогу выдерживать бег.

В целом мне нравилось, как морозный воздух обжигает горло — казалось, я вдыхаю что-то абсолютно чистое. Больно, но зимний ветер, хлещущий по лицу, одновременно бодрил и гнал вперед, пока я не стиснула зубы и не дожала последний круг с хриплым рыком. Я решила, что бег мне нравится. Или, по крайней мере, то чувство, что накатывало, когда я добегала до конца. И это уже было чем-то.

— Еще раз, — Смит возвышался передо мной с раскрытыми огромными ладонями. Я била по ним, удар за ударом, и каждый раз звук хлопка рождался точно в момент его приказа. Но даже когда я бросилась на них всей тяжестью тела, его широкие, загрубевшие ладони не дрогнули.

— И как это поможет, если кто-то захочет меня убить?

— Все зависит от скорости и точности. Враги — это волки и кабаны, а ты… — на его лице мелькнула дьявольская ухмылка, отчего у меня перехватило дыхание. — Котенок. У тебя может быть всего один шанс, поэтому он должен быть убийственным.

— Котенок? — я уставилась на него с приоткрытым ртом.

— Маленький, милый, бесстрашный, — в его глазах мелькнул голод. — И рожденный быть смертельным.

Я закатила глаза, делая вид, будто его слова меня раздражают, лишь бы скрыть румянец, заливающий щеки.

— Очень… сомневаюсь… в этом, — выдавила я сквозь зубы, врезаясь в его ладонь со всей силы. На этот раз она чуть подалась, и когда он сдвинулся, я заметила на его шее черный кожаный шнурок с двумя серебряными кольцами — большим и маленьким. Хотела спросить, но момент был явно неподходящий.

— Хорошо, — он кивнул. — Сомневайся сколько угодно, Ариэлла. Это не изменит того, что я знаю. И не важно, насколько силен твой противник, если ты достаточно быстра, чтобы ускользнуть у него из-под пальцев, — на его лице появилась хитрая улыбка. Внизу живота вспыхнул жар.

— Но я ведь не бесстрашная, — я опустила руки, жадно хватая воздух в передышку.

— Пока нет, — я ахнула, когда он протянул руку и мягко провел костяшкой пальца по моей щеке. Глаза расширились от тепла его прикосновения. — Но будешь, когда я закончу с тобой.

Я содрогнулась от этих слов — закончит со мной. Что бы это ни значило. И все же от его уверенности я почувствовала себя… будто выше ростом.

— У меня должно это получаться, правда? — я глотнула воды из металлической фляги, что принес мне Эзра, и подумала о своей внезапно открывшейся наследственности. Целые поколения сильных людей. — Это ведь у меня в крови.