Книга Сильверсмит, страница 157 – Л. Дж. Кларен

— А ты думаешь, я тут веселилась?! — я взорвалась снова, понимая, что это бесполезно. — Думаешь, я не волновалась? Не гадала, жив ли ты вообще?

Он тяжело вздохнул и потянулся ко мне.

— Элла, ты не должна за меня переживать.

— Но я преживаю! — я отбросила его руку. — Ты однажды спросил, приходило ли мне в голову, что я должна значить для кого-то больше, чем часть какого-то долбаного пророчества. Так вот, тебе самому приходило в голову, что ты можешь значить больше для меня? — мир закружился, в глазах защипало, но голос звучал четко. — Я не знала, где ты! А если бы все было наоборот? Если бы я исчезла, и ты не знал, где я, что бы ты сделал?

— Я бы разорвал этот мир на части, пока не нашел бы тебя, — ответил он, не задумываясь.

— А я была вынуждена просто сидеть и ждать! Как тогда, когда Элоуэн ушла!

Я пожалела об этих словах в ту же секунду, как они вылетели, потому что это было неправдой. Все, что сделал он, — было противоположностью ее поступков. Он оставил меня в тепле, с едой и водой. Оставил записку. Пообещал вернуться и сдержал слово.

Ужас, сожаление и осознание содеянного легли на его лицо, будто тень. Пламя в очаге выхватывало из темноты суровые черты, придавая им почти неземное выражение. Он приоткрыл рот, чтобы что-то сказать, но…

— Ты был с женщиной? — слова сорвались прежде, чем я успела их обдумать. Я не имела права спрашивать.

— Элла, — мое имя прозвучало на его губах, как мольба. — Боги, конечно нет!

— Потому что я бы поняла…

— Я выслеживал лагерь Инсидионов, — перебил он, и терпение его лопнуло. — Хотел пойти туда прошлой ночью, но ты была ранена. Поэтому сегодня утром, убедившись, что с тобой все в порядке, я отправился туда. Я перерезал глотку каждому, кто там был, чтобы ни один из ублюдков не донес о тебе Молохаю. Вот где я был. Так что нет, Ариэлла, никакой женщины.

Судорожный узел в животе ослаб, уступив место облегчению, на которое я, возможно, не имела права, но все равно почувствовала.

Он положил обе ладони мне на плечи, мягко массируя через ткань ночной рубашки.

— Я не хотел уходить, не хотел пугать тебя, но нужно было замести следы.

— Ты должен был взять меня с собой. Я могла бы помочь.

— Ты была ранена, Элла. Тебя, черт возьми, пронзили клинком, — рыкнул он, и по телу его пробежала дрожь ярости. — Я не стану относиться к тебе как к беспомощной, потому что ты ею не являешься, но я и не собираюсь извиняться за то, что сделал, если это избавило тебя от смертельной угрозы во второй раз за сутки.

Я выдохнула, смиряясь. Да, вряд ли я бы помогла. Обвила его торс руками и вдохнула запах, который давно стал для меня домом.

Гэвин коснулся губами моей макушки.

— Прости, — прошептал он. Его сильные руки сомкнулись вокруг меня. — Прости меня, Элла.

Сердце разломилось надвое от этой просьбы.

— Я прощаю тебя, — выдохнула я в его грудь. Простила уже давно, еще через несколько минут после того, как поняла, что он ушел. Вдохнув снова, ощутила — он чист. Даже пах чистотой. — Почему на тебе нет крови?

Он тихо рассмеялся.

— Искупался в реке по дороге назад, чтобы избавить тебя от вида бойни.

— В реке? — я подняла на него глаза, полные тревоги. — Но ведь так холодно.

Его взгляд скользнул к моим губам.

— Иногда холодная вода просто необходима.

Я опустилась на край кровати и потянула его за собой. Он послушно последовал, опускаясь на одно колено — тело напряжено, колени касаются моих. Все это было неправильно. Несправедливо. Опасно.