Онлайн книга «Сильверсмит»
|
— Ты бесценна не из-за отца, не из-за силы и не из-за крови, — продолжил он. — Ты бесценна, потому что ты — это ты. И уже одного этого достаточно, чтобы за тебя сражаться. Я сглотнула и кивнула, не уверенная, что способна поверить его словам. Для него, может, это и правда, но не для меня. Я знала, что смогу запомнить его лицо, его голос, его тепло, и ради него сражаться. Он откинулся назад и поманил меня рукой. — Иди сюда. Я послушалась. Он притянул меня к себе на колени. В этот раз я осторожно избегала места, где под рубашкой на его груди скрывались два кольца. В этом не было ничего предосудительного — просто объятие. Просто желание быть рядом. Большего я не могла себе позволить. Я сделала вид, что не слышу, как участился его пульс от нашей близости, не чувствую, как дрожит под моей ладонью его тело. Притворилась, что не замечаю, как сердце бьется в горле — слишком быстро, слишком сильно. Я позволила ему держать меня, и этого было достаточно. — Гэвин? — прошептала я, кончиками пальцев касаясь его бороды. — Да? — У тебя и правда грязный рот. Он тихо рассмеялся, глухо, сдержанно, так что смех прошел по его груди, отдаваясь в моей щеке. — Да. Я провела пальцем по шраму на его шее. — Но рядом с тобой я чувствую, что могу. Что смогу быть королевой. Он посмотрел вниз, и лунный свет упал на его лицо — шрамы, бороду, мягкий уголок губ. В его теплых карих глазах было столько нежности, что мои защипало. Гэвин накрыл мою руку своей и слегка сжал. — И я буду служить тебе, моя королева, до самого последнего вздоха. Наполненная теплом и чувством абсолютной безопасности, вскоре я начала клевать носом. Проснулась только тогда, когда он осторожно опустил меня обратно на кровать. Я забралась под одеяло, остро и сладко осознавая его присутствие рядом. Широкая, довольная, почти глупая улыбка расползлась по лицу так, что щеки болели, потому что, когда он был рядом, я не боялась закрывать глаза. Когда он был рядом — мне не были страшны кошмары. Я знала, он спасет меня от них. Глава 19 Ариэлла Я проснулась, когда раннее солнце прорезало листву деревьев и, расплескав острый свет, пробилось через окно в комнату. Несмотря на тяжелую ночь, я спала спокойно. Благодаря ему и теплому месту на животе, где на одеялах, плотнее их, лежало что-то тяжелое. Я высвободила руки и нащупала теплые, мозолистые пальцы — левую, в шрамах, руку Гэвина. Он держал на мне руку всю ночь — защищая, оберегая, не отпуская. Сердце пустилось в пляс. Я воспользовалась тем, что его внимание было приковано к маленькому флакону с темной жидкостью — не больше моего указательного пальца, — и попыталась успокоить дыхание. Он вертел его между пальцами правой руки, погруженный в мысли, глядя в никуда. Я нарочно пошевелилась и зевнула, распахивая глаза. — Ты был здесь всю ночь? Он очнулся, спрятал флакон в карман своей черной льняной рубашки, выпрямился и кивнул. — Почти. Не хотел, чтобы ты проснулась в пустой комнате. Слева от меня пустовала кровать Джеммы. — С ней все в порядке? Он едва сдержал улыбку. — Уверен, она в полном восторге. — Где она? — С Финном, — он сложил руки на коленях. — С самого вечера. — Ах да, — кровь прилила к щекам, и я села на кровати. — Я рада за нее, — и я начала тараторить. — Ты знал, что Финн тосковал по ней годами? — выпалила я, — но не прикасался к ней, пока ей не исполнилось восемнадцать, хотя между ними всего три года разницы. |