Книга Сердце вне игры, страница 130 – Нира Страусс

Мне удается его отвлечь. Стоуны есть Стоуны: они могут сколько угодно пыжиться, быть серьезными и ответственными, но ни за что не сделают ни шагу назад, если бросишь им вызов. В конце концов мы становимся кем-то вроде королей скал Файрхола, и ватага мальчишек приветствует нас громкими воплями, когда, после десятиминутного карабканья вверх по скалам, мы бросаемся в воду с высоты пяти метров.

Чтобы развеялись все сомнения (если у кого-то они еще оставались) относительно профессионализма Винанти, она присоединяет свой приветственный вопль к крикам этой мелюзги.

Эшер чуть не падает в обморок, когда, при вхождении в воду, с меня слетает верхняя часть бикини. Он реквизирует очки для подводного плавания у всех пацанов предпубертатного возраста в округе и принимается искать мой лифчик с чисто военным упорством. Течение на этом участке реки, сразу после водопада, такое сильное, что эту тряпочку наверняка унесло уже очень далеко, и поиски ни к чему не приводят.

Выхожу из воды, прикрывшись руками, что меня вообще-то почти не волнует, ведь я уже успела позагорать топлес вместе с Тринити, когда мы ездили на Венис-Бич. И даже моя бабуля советует мне открыть и предъявить миру такие прекрасные грудки, что, впрочем, для нее ничуть не удивительно.

Наверное, я бы так и сделала, не будь рядом со мной этого верзилы метр девяносто ростом. Я, конечно, могу отрицать многое и даже решить обращаться с ним как с другом, но это далеко не одно и то же: показать грудь Эшеру или же любому другому купальщику на этой реке.

Едва мы выходим из воды, он бежит вперед, затем возвращается с полотенцем и накидывает мне его на плечи, крепко запахнув.

Подняв глаза, ожидаю увидеть его нахмуренные брови, а не эту его… улыбочку. Не отпуская концы полотенца, он склоняется к моему уху и шепчет:

– Страшно рад, что отпечатков моих пальцев на тебе уже нет.

Пум-пурум-пум-пум-пум-пум… Сердце чуть не выпрыгивает из груди. Он смотрел. Изловчился, стало быть, и рассмотрел, даже под водой, что синяков больше нет.

Не буду я из-за этого нервничать.

Это всего лишь шутка.

Шутка по поводу моих сисек, но шутка же, в конце-то концов.

– Надеюсь, ты насладился зрелищем, Эш, – тяну я.

Он убирает руки и в процессе, могу поклясться, один его палец касается моих костяшек.

– Лучшие из всех, что я видел до этой минуты, вне всяких сомнений.

Вернувшись вечером в Хейден-Вэлли, мы выгружаемся из внедорожника, когда Эшер вдруг меня останавливает и наклоняется к моим ногам. Приподнимает подол платья – я тут же отступаю на шаг, но он лишь говорит:

– У тебя шнурки развязались.

Честно говоря, меня это не слишком успокаивает. Может, это обман, а на самом-то деле он сейчас возьмет и свяжет шнурки обеих кроссовок, чтобы я упала носом вперед и меня затоптал дикий кабан. Но нет. Своими длинными и сильными пальцами он просто завязывает идеальный узел и даже проверяет вторую кроссовку.

Закончив процесс, он выпрямляется передо мной во весь рост и слегка улыбается.

– Готово.

А потом, не дожидаясь ответа, быстро идет догонять Винанти и бабушек. Оглядываюсь по сторонам, сама не знаю почему: будто кожей чувствую на себе чужие взгляды, а того, что сейчас произошло, нужно стыдиться. Но это же совсем не так, ни разу. Совершенно обычное дело. Может, не совсем обычное для нас с Эшером, но вообще-то нет ничего особенного в том, чтобы помочь кому-то завязать шнурки.