Книга Барбара, страница 145 – Йорген-Франц Якобсен

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.ec

Онлайн книга «Барбара»

📃 Cтраница 145

Г-н Педер был человеком необычайно вспыльчивым. У него случались приступы болезни, во время которых на него нисходило временное помешательство, и, хотя после них он вновь приходил в себя, болезнь все равно нет-нет да и возвращалась, и пока длился приступ, рассудок у него мутился.

Пастор враждовал с фермером с Риджи в Мидвове, Йегваном Расмуссоном, по прозвищу Пасторов Йегван. Повздорили они из-за одной коровы фермера, которая оборвала привязь и вытоптала пасторово пастбище; за это пастор осерчал на фермера и наговорил ему грубостей. За этим ничего больше не последовало, но вскоре они опять схлестнулись, и тогда уже вышло хуже. Вот как это было. Байнта была мотовка, и ей частенько бывали нужны деньги. А у г-на Педера были пряжки для башмаков из серебра, она тайком продала их одному человеку в Чирчьяр (квартал в Мидвове). А тот человек перепродал их фермеру Йегвану с Риджи. Пастор хватился своих серебряных пряжек и спросил о них Байнту, но та не признавалась в своем поступке, а ответила, что их, должно быть, украли. И вот однажды г-н Педер заметил, что Йегван щеголяет его пряжками, и так осерчал, что тут же накинулся на него, изругал и обозвал вором. Фермер стал грозить пастору судом, если он не извинится за свои слова. Затем пастор трижды собирался в Ридж, чтоб помириться с фермером, но Байнта постоянно высмеивала его за это, так что он оставлял свои намерения. В третий раз пастор даже дошел до самого Лиастайна, уже в своем облачении, – а тут Байнта крикнула ему вслед, что для пастора позор ходить к какому-то фермеришке и просить помириться, мол, лучше бы он выпил бутылку водки, взял топор и взломал Йегвану дверь. Тут пастор обезумел от ярости, вернулся, напился пьян, потом явился в Ридж с топором, изрубил Йегвану дверь и снова обозвал его вором. Тогда фермер подал на него в суд, но еще до того, как дело решили, сам слег и умер. Пока он лежал при смерти, трое человек ходили к пастору и хотели узнать, куда отправился фермер: в рай или в ад, раз он так внезапно умер. Пастор ответил, мол, фермер еще не умер, а они его только морочат. Тогда они ушли домой, а немного погодя опять пошли к пастору. И вот они стоят, беседуют с ним – и тут он вдруг всплескивает руками и произносит: «Ret nu for han til helvede»[87]. А те люди перед уходом положили фермера в гроб, а когда вернулись, он там уже задохнулся – ведь на самом деле он был только обмершим. Надгробное слово по фермеру с Риджа произносил г-н Педер, и, хотя ему и раньше случалось ляпнуть не то, сейчас он превзошел самого себя. Первые слова, которые он произнес, ступив на могилу, были: «Nu træder jeg på en tyvegrav»[88]. Затем он бросил ком земли и сказал: «En tyv levede du, en tyv døde du, en tyv skal du igen opstå»[89]. Вдове Йегвана, которая стояла рядом, тотчас стало дурно, и ее увели домой.

За эту недостойную выходку Педера Арребё решением пробстовского суда сняли с должности. Однако после этого он еще полтора года продолжал сидеть в пасторской усадьбе в Янсаджери, а его преемник, Суурланд, тем временем был вынужден обретаться в домике на Ридже. Затем новым решением пробстовского суда Педера заставили съехать из усадьбы и вообще из того селения. Тогда они с Байнтой перебрались в Сандавов и в последние годы ютились там в хижине под названием Харальдсстова. Но после того как Педер лишился рясы и прихода, его не стали уважать меньше. Сейчас он даже больше, чем раньше, помогал тем, кто искал у него защиты от нечисти и колдовских чар, – и считалось, что меры, которые он предпринимал в подобных случаях, всегда действовали.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь