Книга Замри. Роман с театром, страница 67 – Адольф Шапиро

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.ec

Онлайн книга «Замри. Роман с театром»

📃 Cтраница 67

Иллюстрация к книге — Замри. Роман с театром [book-illustration-23.webp]

Режиссёрская лаборатория. М. О. Кнебель в центре, первый слева – В. Урин, справа – А. Бородин.

Мария Осиповна вручала нам метод действенного анализа пьесы – с надеждой, но не требуя клятв верности. Попробуйте, подумайте, решите… На занятиях создавалась обстановка непринуждённая, свободная. Любое мнение, незавершённая мысль, ошибка, несусветная идея, разговор «в порядке бреда» – всё имело право на рассмотрение. В этой атмосфере хорошо думалось.

О самом методе подробно не стоит. Кнебель рассказала о нём в своих книгах, и лучше не сделаешь. К тому же никто так не опасен для учителя, как его толкователи (Станиславский-Кнебель – исключение). Каждый из нас пребывал в уверенности, что именно он понимает Кнебель. Многие сохранили это чувство до сих пор. С ужасом вспоминаю, какую ахинею несли мы, повествуя Марии Осиповне о применении её методологии. Но дело даже не в освоении метода – кроме желания, необходимо совпадение природы таланта ученика с художественным началом, положенным в основу методологии.

Суть в ином: кто бы и как бы Кнебель ни понимал, шло объединение на профессиональной основе. Она повернула глаза режиссёров в глубь себя, мы стали не кичиться профессией, а почитать её. Последние изыскания Станиславского, опыты Михаила Чехова, тогда малоизвестные, разбор пушкинских трагедий, этюды по Брехту и Чехову, дискуссии о терминологии – путь к совершенствованию. Благодаря Кнебель мы уловили дурманящий аромат той культуры, которой никто из нас и не нюхал. Всё это стало определять жизнь театров.

Прежде всего – театров для юных, в которых служили лаборанты. Эти театры, небольшие и подвижные, раньше других реагировали на изменение театральной погоды. Лодки ощущают волну мгновенно, лайнеры – когда шторм разыгрался, а уж на суперлайнерах пассажиры смекают, в чём дело, когда волна хлещет через борт. Не случайно в театрах для молодых нашли в своё время приют и Додин, и Гинкас, и Виктюк. Здесь, на окраине театральной империи, спасались те, кого выталкивал центр. Эти театры не посещались высоким начальством, от них не ждали ценных подарков к юбилеям. Между тем в них зрели силы, которые нарушили надолго воцарившийся штиль.

Кнебель имела к этому прямое отношение. Судьба забросила её в Центральный детский театр. Под её опекой там разворачивались молодые Ефремов и Эфрос, появились розовские пьесы, и вообще, климат в театре способствовал обновлению старых театральных идей и зарождению новых. Мария Осиповна знала, что театры для детей больше других склонны к поиску, что в них собралась молодёжь, готовая к восприятию её метода. Вот почему, когда другая Мария – Мария Исааковна Пукшанская предложила ей возглавить лабораторию при кабинете детских театров Театрального общества, Кнебель взялась за это со всей ответственностью. Она была заводной.

Пукшанская надоумила проводить занятия «на базе театров». Каждый выезд становился событием и для лаборанта, и для его театра. А если вспомнить, что к занятиям привлекались литературные работники театров, драматурги и критики, то широта задуманного становится ещё очевиднее. В архипелаге Советский театр образовался остров, живущий особыми интересами и заботами. Его существование вселяло надежду и веселило кровь. Кнебелевская лаборатория стала нашим царскосельским лицеем. Не случайно до сих пор её участники сохраняют нежные, дружеские отношения.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь