Книга Замри. Роман с театром, страница 56 – Адольф Шапиро

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.ec

Онлайн книга «Замри. Роман с театром»

📃 Cтраница 56

Раньше озадачивало, как может Приеде с одинаковым трепетом относиться к постановкам своих пьес в театре, сельской самодеятельности и школьном драмкружке. Смешили его взволнованные рассказы об успехе в каком-нибудь клубе той самой пьесы, которую у нас играли замечательные актёры. Но как-то он повёз меня на спектакль елгавского народного театра. После представления – встреча с исполнителями. Библиотекари, шофёры и медсёстры рассказывали, как они репетировали, слушали замечания и угощали домашними сладостями. К Приеде обращались не по имени и фамилии, а, как это бывает в Латвии, по профессии: «Драматург, возьмите пирожок. Драматург, ещё тминного чаю? Драматург, возьмите крендель с собой в дорогу». И это «Драматург» звучало как «Учитель». (С такой же интонацией здоровались с Вольдемаром Пансо на таллинских улицах.) Гунар был горд. Мне показалось – не только спектаклем, но и возможностью показать мне, что принят теми, о ком и для кого он писал. А я увидел то, что брезжило в догадках: кровное родство Приеде с теми культурными миссионерами, благодаря труду которых прибалты наделены почтением к поэзии, театру, музыке, пению.

Приеде движет идея просвещения людей. И если вспомнить, что он писал в период торжествующего невежества, то понятно, почему его тихие пьесы, с их интимной, доверительной интонацией, звучали довольно громко.

Ну вот, опять тихие пьесы, интимная интонация… А где же тот яркий Приеде, который открылся мне в «Айваре»? Со мной – потому что под интимностью я понимаю не приглушённость звука и заниженность тона, а способность говорить со сцены о том, о чём принято говорить дома, в кругу близких. Приеде доверял зрителю слово, как сеятель доверяет зерно земле: ласково запасаясь терпением, не ожидая немедленного результата. С верой в то, что посеянное непременно прорастёт и даст всходы.

Так стоит ли удивляться, что его пьесы вызывали раздражение, что писали доносы, что премьера «Айвара» состоялась через полгода после сдачи, что уходили с просмотра, требовали объяснительных, что генералы приезжали на генеральные? «…Вокруг меня те, с кем вместе мы выиграли нашу маленькую войну, такую незаметную на фоне большой, и всё же…» (Г. Приеде. «Центрифуга», заключительная реплика.)

Иллюстрация к книге — Замри. Роман с театром [book-illustration-19.webp]

Сцена из спектакля «Демократия!» по Иосифу Бродскому (1991). С ногами в тазике – Премьер-министр (Сергей Юдин). Мылит ему спину Министр финансов (Арнис Лицитис).

Бессонница

Она мучительнее снов. Там краски, лица, море. Тут уныние, коридорная кишка, еле освещённая лампочкой. Брожу по больнице, как Пиноккио внутри кита. Темно, тихо. Изредка донесётся чей-то стон да прошлёпает кто-нибудь в туалет. Не поймёшь, кто. Не по росту пижама, поверх халат с капюшоном… Оно не обращает на меня внимания. Прошелестело растоптанными, похожими на ласты тапочками и скрылось за углом. Ночью в больнице таинственно и зыбко, будто под водой. Открываю окно и жадно глотаю январский воздух.

За неделю, что я тут дрейфую, умерли Иосиф Бродский, Семён Лунгин, Юрий Левитанский, мама нашего режиссёра Феликса Дейча. Чёрные новости пришли оттуда, где есть мужчины и женщины, где бегают по премьерам и без умолку щебечут по телефону. Там печальные известия изливают в словоговорении, вымахивают в жестах. Здесь – только туда-сюда вдоль стен, как оглушённый, и слёзы текут сами по себе, отдельно от тебя.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь