Книга Замри. Роман с театром, страница 58 – Адольф Шапиро

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.ec

Онлайн книга «Замри. Роман с театром»

📃 Cтраница 58

И всё-таки хочется со скальпельной точностью ответить на простые вопросы.

Не удалось в очередной раз выстоять? Да. Не хватило сил? Да. Мы уже были не те? Да, не было того единения, того здоровья, которым раньше отличались. Наш организм не был готов к новым условиям? Да. Вышло время, отведённое нам? Да. И чем больше возникает «да», без всяких «но», тем больше понимаешь, что всё произошло лучшим образом. Театр кончил свои дни недолго мучаясь, не хныкал, перед концом собрал последние силы и оставил по себе добрую память. Лучше было бы корчиться в постыдной таганковской агонии? Чтобы нас перестали узнавать друзья и близкие? Избави бог.

Да. Да. Да. Да. Но… почему не идёт сон?

«Каждый должен жить в своей деревне»

Смысл этой фразы, которую я всегда пропускал как общее место, открылся для меня поздно. Но заставил содрогнуться. Возможно, потому, что сказано это было не бабой, которой наступили на ногу в трамвайной давке, а художником. Или оттого, что в Баварии она приобрела особую выразительность.

В перерыве монтировки набоковского «Изобретения Вальса» мы потягивали пиво в кантине мюнхенского театра. Хозяева, ставя кружку за кружкой, выспрашивали о событиях в России и Латвии. Обычную для «перестроечного» времени атмосферу благожелательного ожидания перемен нарушил один из наших, неожиданно напомнив каждому, где ему должно жить.

Повисла неловкая пауза. Вряд ли её виновник хотел фраппировать. Наверное, просто был раздражён – пиво густое, а он в завязке. Но существенное часто понимаешь через незначительную деталь, походя оброненную фразу. Приехали! Мюнхен – Набоков – конец тысячелетия – в своей деревне! Тогда я почувствовал, что в нашу жизнь врывается нечто новое и отвратительно старое. Новое старое время – сожжённые деревни Хорватии и Армении, Чечни и Сербии, Абхазии и Азербайджана – начало для меня свой отсчёт с этого момента. Потом уж всё закружилось, завертелось и помчалось кувырком.

Иллюстрация к книге — Замри. Роман с театром [book-illustration-20.webp]

На предыдущем развороте: Владимир Набоков. «Изобретение Вальса». Рига, Молодёжный театр, 1988 г.

Утюги за сапогами.

Сапоги за пирогами.

Кочерга за кушаком.

Всё кружится и вертится

И несётся кувырком…

Сейчас в это трудно поверить, но конфликтов на национальной почве в нашем театре не было. Серьёзных не было. Иногда кто-нибудь начинал слышать голос крови, но окружающие были снисходительны. Понимали, что за этим, как правило, стоит ещё что-то: неудовлетворённость жизнью, обида, личная драма, несостоявшееся и невоплощённое.

Когда кто-то пытался кичиться своей национальной исключительностью, это воспринимали как… ну, как то, что человек заболел. Что поделаешь, ну, болен, значит, надо помочь ему, выздоровеет. Необходимо было оберегать себя от этой инфекции, искать корень разногласий в чём-то другом. Поводом грубых театральных столкновений подчас являются тонкие творческие проблемы. Если не сосредоточиваться на них, перестаёшь развиваться, теряешь способность отвечать на возникающие вопросы и неизбежно окажешься в тёмном омуте атавистических чувств и представлений.

Напряжение между нашими труппами возникало, как правило, тогда, когда одна заметно опережала другую (выпускала больше хороших спектаклей) или оказывалась в привилегированном положении (интересные гастроли и т. п.). Но этого не избежать в любом театре. Когда же и у латышей, и у русских была интересная работа, успех у публики, то дышалось легко и работалось весело. Поздравляли друг друга с премьерами, сочиняли капустники, помогали и советовались. Находить причину всякого столкновения между людьми в их национальных различиях так же примитивно, как всё на свете объяснять климатом, сексом или бытием, которое определяет сознание.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь