Онлайн книга «Труды и дни мосье Лаббе. История одного забытого французского учителя, переводчика и грамматиста пушкинской эпохи»
|
Дюмарсе владел многими языками, что не только открывало ему доступ к текстам, написанным за пределами Франции, но и позволяло более комплексно посмотреть на языковые процессы. Эрудицию и нестандартный, творческий подход Дюмарсе отмечали не только уважавшие его талант Дидро и д’Аламбер, но и противники «Энциклопедии». Так, Шарль Палиссо де Монтенуа, французский драматург и критик энциклопедистов, признавал, что благодаря книгам и статьям Дюмарсе становится очевидно, что «грамматика – самая настоящая наука»[594]. Несмотря на существенный вклад Дюмарсе в «Энциклопедию», в первую очередь он прославился как автор трактата о тропах «Des tropes ou des différents sens», который его современники считали «шедевром логики, верности суждения, ясности и точности мысли» (un chef-d’œuvre de logique, de justesse, de clarté & de précision)[595]. В этом труде заметно сильное влияние английского эмпиризма – Дюмарсе был большим почитателем Локка, а также английского языка и культуры в целом. Как отмечает Ф. Дуэ-Сублен, новаторство подхода к теме заключалось в переосмыслении и расширении понятия тропа, установлению связи между теориями Доната и Франциско Санчеса и схоластической традицией паралогизмов[596]. Выход книги Дюмарсе во Франции остался почти незамеченным, и по-настоящему его вклад в риторику оценили только после его смерти[597], что становится очевидным при сличении статей о риторических фигурах, представленных в «Энциклопедии»[598], с текстами «Методической энциклопедии». В издании Панкука многие статьи были заметно расширены и дополнены цитатами из трудов Дюмарсе – во многом это заслуга его преемников, Бозе и Мармонтеля. Последний, вспомнив слова Дюмарсе о том, что «за один день на рынке риторических фигур производится больше, чем за несколько дней на академических собраниях»[599], написал яркий монолог простолюдина, жалующегося на жизнь и жену с помощью целой россыпи тропов[600]. Именно Бозе и Мармонтель внесли главный вклад в составление «Методической энциклопедии». Бозе отвечал преимущественно за статьи о грамматике, языке и фонетике, а Мармонтель – за литературу, поэтику и риторику[601]. Какое-то время Николя Бозе был известен в первую очередь как автор книги «Общая грамматика, или Рациональное изложение основных элементов языка» (Grammaire générale ou Exposition raisonnée des éléments nécessaires du langage), вышедшей в 1767 г. Этот труд приобрел популярность среди специалистов, однако не стал повсеместно использоваться в качестве учебной грамматики в силу путаной манеры изложения и перегруженности терминологией[602]. Подобно Дюмарсе, в своих взглядах на философию Бозе опирался на авторитет Локка, однако, будучи религиозным человеком, не мог окончательно отойти от христианских взглядов на происхождение языка, что мешало ему посмотреть на эту проблему с новой, историко-этимологической перспективы[603]. По этой же причине не все современные ученые разделяют взгляд на Бозе как на грамматиста и философа[604]. Однако неоспорим вклад Бозе-грамматиста в «Энциклопедию» и прежде всего в составление и редактирование всех трех томов «Методической энциклопедии». Именно в сфере грамматики, фонетики и орфографии он проявил себя как новатор и заслужил всеобщее признание. Подтверждением тому в 1772 г. стало его избрание членом Французской академии, где он занял место умершего в том же году друга Шарля Пино Дюкло (Charles Pinot Duclos)[605]. Кроме того, по некоторым сведениям, его научные достижения по достоинству оценили и итальянские коллеги, приняв его в члены знаменитой флорентийской Академии делла Круска[606]. |